Птицеед

Но Тим просит меня о чём-то в первый раз за время нашего общения.

— Ладно. Давай посмотрим, — согласился я. — Где это?

Каскады — интересное место.

Если взять лопату времени и копнуть вглубь истории, далеко-далеко, в века ещё до прихода Птиц и начала эпохи нашего рабства, то… лишь совам известно, что здесь было.

Университетские историки считают, что первые поселения на берегах Эрвенорд располагались на островах её дельты, и до Каскадов оттуда на хромой вороне несколько часов. Так что там было изначально — поди теперь узнай.

Но в последние годы владычества Птиц — здесь уже был город.

И его хорошенько проутюжили магией во время восстания, а после и войны, начавшейся между Светозарными. Говорят, рун здесь потратили такое количество, что часть земли испарилась, часть оплавилась, а то, что уцелело, приобрело вид ступеней, по которым могли бы прыгать разве что сказочные великаны.

Эти террасы тянулись на несколько лиг, сжатые с юга Курганами Рут и незаметно переходящие в предгорья. Самые верхние из них, широкие, обдуваемые сырыми ветрами, вместе с туманами, стекающими со склонов пиков, орошаемые дождями, которые здесь гораздо чаще, чем других частях Айурэ, приспособили для выращивания солнцесветов.

Эти цветы — основа жизни города. Краеугольный камень нашей свободы от Птиц. Возможность использовать магию, защищаться от того, что живёт не только в Иле, но и дальше, в Гнезде.

Нижний уровень Каскадов окружён цепью стен и бастионов. Власти не жалуют праздношатающихся зевак и к полям допускают учёных, агрономов, ботаников, садовников и прочих важных для существования солнцесветов и города личностей.

Я был тут дважды, в первый раз с братом, по приглашению. Во второй, когда поступил в университет и нас приводили сюда на экскурсию.

Достаточно впечатляющее зрелище — уходящее к горам тепло-жёлтое одеяло цветов.

Хотя бы потому, что это красиво.

Если не забывать дышать ртом.

Здесь, на всём пространстве, властвует запах Ила. Тот самый, который ни с чем не перепутаешь: тяжёлые пряные специи, тина, гнилые цветы влажного дождливого леса, испорченное мясо, прогорклый дым и немного крови. Земля, привезённая для солнцесветов в мешках через Шельф — смердит. Очень слабо по сравнению с истинным Илом, но для тех, кто там не был, резко, почти тошнотворно.

К этому следует заставить себя привыкнуть.

Айурэ очень повезло с розой ветров и тем, что между Каскадами и жилыми районами расположен древний лес Шварцкрайе, заставший ещё времена основания мира, когда среди первых людей ходила Рут Одноликая. Он — лёгкие столицы, и именно его существованию мы обязаны тем, что нежные и ранимые души не страдают от напоминания о том, что наш мир не столь радужен и прекрасен, как о нём склонны думать романтики и прочие воодушевлённые личности.