Птицеед

А иногда, он продавал овощи с собственной грядки, и прохожие что-нибудь покупали, но обычно весь товар возвращался обратно на кухню. Там ничего не пропадало.

У него худое загорелое лицо, высокий лоб, заросшие щетиной щёки, короткие тёмно-русые волосы с сединой на висках, живые насмешливые глаза. Очень живые и насмешливые.

Передо мной человек не склонный к соблюдению устоявшихся правил. Он из простых, но плевать хотел на приличия. Ему до павлиньего хвоста, что там я думаю, не слыша учтивого «риттер». Рейн всегда говорил, что нельзя спускать подобное простолюдинам.

Иначе тебя все перестанут уважать. По мне, так он прав и не прав. Иногда «риттер» не помогает в отношениях с людьми, а больше вредит. В тех же «Соломенных плащах» всё становится проще, когда у Капитана, Головы и у меня — лишь прозвища.

Славные фамилии, бесценную кровь, доставшуюся от предков, и безграничное самомнение стоит оставить для бала у лорда-командующего.

Впрочем, как я уже сказал, истина в слове «иногда». Просто следует чувствовать момент. Продавший мне часть дома легко держался на «ты», и это не вызывало у меня ровным счётом никакого недовольства…

Подъём ко мне на этажи был возможен как по внешней лестнице, находящейся на другой стороне здания (куда можно попасть через отпираемую решётку в арке, а потом сквозь внутренний двор).

Либо через зал «Пчёлки и Пёрышка». Я обычно ходил именно вторым, коротким путём.

Внутри в солнечных лучах кружились пылинки и из-за середины дня занято было лишь три стола. Я втянул в себя льющиеся с кухни запахи чеснока, перца, пряностей, жарящейся курицы, креветок и, проходя мимо, кивнул дежурившему за стойкой бармену.

Моего возраста, высокий, в широком кожаном фартуке, который он вечно надевает, если подменяет жену и разносит еду на горячих сковородках. Он привлекает внимание своей необычной внешностью, потому что альбиносы в Айурэ редки, а розовые радужки ещё большая редкость.

Дверь в мою часть здания ничуть не отличалась от остальных дверей в «Пчёлке и Пёрышке». Я отпер её собственным ключом, и замок, как всегда, мягко щёлкнул, приветствуя моё возвращение.

Приличные люди держат слуг хотя бы для того, чтобы их встречали.

Даже в нашем старом особняке есть дворецкий. Но особенность моей нынешней жизни такова, что я предпочитаю обходиться без постоянных лакеев.

Так что у меня нет человека, положенного каждому достойному риттеру, чтобы тот чистил его одежду или вытирал пыль в кабинете. Нет постоянных служанок, меняющих скатерти и постельное бельё. Нет повара и кухарки.

Никто из моих немногочисленных домочадцев не страдает от этого. Стоит возблагодарить «Пчёлку и Пёрышко» и её владельца за помощь.