Самец причесанный

Рядового отвезли в дурку. Там он поразил психиатров. Те ждали симулянтских ужимок, а получили грозное обвинение.

– Вас купили враги! – негодовал актер, тыча во врачей пальцем. – Я знаю кто! НАТО! Немедленно верните меня в часть! Я хочу служить Родине! Я нужен России!

Эти слова убедили психиатров, что перед ними – дурак. Спустя положенное время они выдали заключение. Но дни, пока длилось обследование, клиника запомнила. Актер цеплялся к любому мужчине, будь то пациент или санитар. Грозно тыча пальцем, вопрошал: «Почему ты здесь? Родине нужны солдаты! НАТО у наших границ!» В итоге актер вернулся в театр, а позже, как говорили, перебрался в столицу. Там оценили талант…

Сейчас я чувствовал себя таким же придурком. Как я буду командовать легионом? Что знаю о местной тактике и стратегии? Сражаясь в Паксе, я действовал по наитию, на свой страх и риск. Полководец посылает солдат на смерть. Я это смогу? А если погублю хвостатых?

– Принцепс! – взмолился я. – Я не могу принять эту честь. Я всего лишь воин. Из меня выйдет никудышный легат.

По скамьям курии пробежал ропот. Похоже, я что-то не то сказал. Флавия недовольно поджала губы.

– Разве не ты подсказал Валерии, как снять осаду с Малакки?

Я вздохнул. Трибун в письме сообщила, это к гадалке не ходи.

– Это вышло случайно, принцепс! Вспомнил пример из моего мира. Я всего лишь медикус. Позволь мне выступить. У меня есть важное сообщение.

– Говори! – разрешила Флавия.

Я кивнул и начал. Волнение ушло, слова потекли. То, что я говорил Валерии и центурионам, сейчас вываливалось на головы этих разряженных женщин, и я видел, как каменеют их лица. Вы гордитесь своим государством, рома? Считаете себя цивилизованными в отличие от сарм? Ну так знайте: вы даже хуже! Сармы, по крайней мере, не убивали своих мужчин! Что вы получили, отстранив людей от власти? Угасающую экономику и слабеющую военную мощь? Вы покорились жрицам, хотевшим власти. В итоге – вымираете. Идея, что раса, нация или социальная группа превыше остальных, рано или поздно убивает своих носителей. Мы на Земле это проходили…

Когда я умолк, в курии воцарилась тишина. Слышно было, как жужжит, выписывая круги в воздухе, муха. Тепло от разгоряченных тел пробудило ее от спячки. На ближней к принцепсу скамье медленно встала Лаура. Глаза ее горели.

– Как давно ты в Паксе, сенатор?

Слово «сенатор» она выговорила с омерзением.

– Меньше года, достопочтенная!

– Однако берешься утверждать, что у нас неправильный строй. Тысячу лет было хорошо, но вот пришел ты и разъяснил, что это не так. На основании чего? Вы с Октавией враждовали? Ты повинен в этом не меньше ее. У тебя сын? Это могло стать случайностью.