Самец причесанный

Я понимаю, чего ты добиваешься! Отдать власть людям и низвести нол до положения рабынь!

Я не успел возразить: сенаторши завопили и замахали кулаками. Но теперь как болельщики, увидевшие команду противника. «Писец! – подумал я. – Побьют и выбросят из курии. Лишат званий и наград и посадят в тюрьму. Это в лучшем случае. У них вроде есть: „объявить вне закона“. После чего тебя убьет любой желающий. С чего меня понесло? Надо было поговорить с Флавией. Та хоть любит меня…»

Я увидел, как поднимается Северина. Вот и прокурор! Я проехался по ее вотчине – Храму. Сейчас врежет – мало не покажется! Флавия заметила движение трибуна и сделала знак распорядителю. Та зазвонила в колокольчик. Не сразу, но сенаторши угомонились. Некоторые, опускаясь на скамьи, недовольно ворчали. Северина откашлялась.

– Мне, как и Лауре, обидно слышать слова Игрра. В Паксе он действительно недавно, вдобавок – мужчина. Мы привыкли отказывать им в уме. Мужчины требуются лишь для продолжения жизни, ведь так? – Он обернулась к скамьям, и там закивали. – Тысячу лет назад мы отстранили людей от власти, считая, что это правильно. Игрр сказал, что это ошибка. Горько слышать… – Северина вздохнула, и я мысленно сжался – сейчас! – Но вот что я скажу, почтенные: Игрр прав!

Сенаторши охнули. Я – тоже.

– После избрания меня понтификом я редко бывала в курии. Следовало разобраться с делами в Храме. Я пересмотрела пергаменты, опросила жриц. Злоупотреблениям Октавии нет примера. Я еще поведаю о них, сейчас скажу кратко. Казной Храма покойная пользовалась, как своей. Она подкупала и совращала должностных лиц. В храмах били мужчин и издевались над ними. Но это меркнет в сравнении с другими преступлениями. По приказу Октавии тайно умерщвляли жриц. Все они были беременны…

Северина взяла паузу. В зале вновь зажужжала муха.

– Эти жрицы вступили в связь с пришлыми и забеременели от них. Их следовало передать претору. Однако Октавия расправилась сама. Почему? Не хотела, чтоб стало известно всем? Прятала сор? Поначалу я так подумала. Но затем вспомнила одно обстоятельство. Связь жриц с пришлыми не была чем-то исключительным. В отдельных случаях ее даже поощряли. (По скамьям курии прокатился шум.) Если жрица совокуплялась с мужчиной раз или два, понтифик приказывала ее высечь. Иногда виновную переводили в другой храм. Могло быть два наказания одновременно; но обычно тем дело и кончалось. Однако семь жриц убили. Я провела следствие. Выяснила: все семеро имели длительную связь с мужчинами. Получалось странно: одних прощают, других убивают. За что? Слова Игрра прояснили дело. Закон Ромы запрещает казнить беременных. Им дают возможность родить. Если б Храм передал жриц властям, они могли бы родить мальчиков. И, скорее всего, родили бы. Тогда бы все выяснилось.