Самец причесанный

Хотят прощупать, что у нас есть, чтобы затем подавить огневые точки. Вук, подпусти ближе!

Серб кивнул и щелкнул тумблером пульта. Бронеавтомобиль приблизился. На конце ствола пулемета запульсировало пламя. Очередь пришлась по третьему этажу башенки. Зазвенело, падая в мощеный двор, стекло.

– Что я говорил! – пробормотал Олег. – Вук!

Серб нажал кнопку. За оградой грохнул взрыв. 680 граммов взрывчатки «си-4», заключенные в корпусе «клеймора», выбросили 700 стальных шариков. Мина стояла низко, удар пришелся по ходовой части бронеавтомобиля. У него вырвало передний мост. Машина подпрыгнула и уткнулась жалюзи радиатора в брусчатку. Пулеметчик вылетел из люка и покатился по мостовой, где и замер, скрючившись. Вук потянулся ко второй кнопке.

– Не нужно! – остановил его я и взял у Олега рацию.

– Говорит вилла. Вам достаточно?

Ответом мне было ругательство.

– Вот что, командир! – прервал я. – Тебя предупреждали. У нас тут много чего есть. Не составляет труда сделать люля-кебаб из твоих воинов. Но я хочу, чтоб вы вернулись домой живыми. Чтоб ваши жены и дети не плакали, проклиная нас. А сейчас забери своих людей, стрелять не будем!

– Точно не будешь? – раздалось в динамике после короткого молчания.

– Мамой клянусь! – ответил я.

Прошла пара минут. Из центральной улочки выскочил второй бронеавтомобиль и помчался к подбитому. В этот раз пулеметчика в люке не наблюдалось. Подскочив к поверженному собрату, бронеавтомобиль развернулся и замер. Из задней двери выскочили двое солдат в бронежилетах и касках. Они подхватили пулеметчика и погрузили его в машину. Затем открыли дверцу лежащего на брусчатке бронеавтомобиля и стали извлекать водителя.

– Врезать бы! – мечтательно сказал Олег.

– Не вздумай! – поспешил я. – Не то пригонят танк и раскатают нас из пушки.

– Они и так пригонят! – буркнул Олег, но спорить не стал.

Забрав своих, турки укатили. Мы поднялись на третий этаж. Очередь пулеметчика оказалась не слишком меткой. Несколько пуль попали в окно, выбив стекла, но пулемет с гранатометом не пострадали. Олег предложил спустить их вниз, и в этот момент ожила рация.

– Эй, гяур! – раздался знакомый голос. – Надо поговорить. У тебя есть сотовый телефон?

«Почему он не хочет по рации?» – удивился я, но тут же сообразил. Рации есть у солдат, они нас слышат. Турок хочет приватного разговора. Очень хорошо! Я продиктовал номер. Почти сразу в кармане завибрировал смартфон.

– Меня зовут Ахмед! – сообщил собеседник – А тебя?

– Спасибо за парней, Игорь!

– У пулеметчика сломана рука, водителя оглушило, но жить будут. Ты можешь объяснить, что происходит? Вы не убили моих людей, хотя могли сделать это. Мне сообщили: у вас есть пулемет, но вы не стали стрелять. Заложники живы. Но мое начальство не хочет переговоров.