Сердце Аксара, или Измена по-королевски

Я не желаю тебе зла и никогда не желала.

Я начала вставать тоже, потому что, черт возьми, это все уже не смешно!

— Сиди, — остановил меня Дедрик, и встал сам. — Мне тоже не хочется угрожать тебе, мама. Поэтому лучше ответь без увиливаний: где мое тело?

— Я верну тебе тело. Но только когда ты передашь корону Криспину.

— Я не передам ему корону.

— Почему? — впервые за все время голос женщины дрогнул, выдавая чувства. — Зачем ты все усложняешь? Зачем заставляешь меня становиться монстром в твоих глазах? Криспин юн, но разве это недостаток? Он добр, умен… Он так похож на отца… Он может стать нашим вторым Сердцем.

А ты? Тебе никогда не была интересна власть, тебя прельщало иное — знания, путешествия, женщины… ты никогда не хотел править.

— Что изменилось? Зачем тебе корона?

Дедрик покачал головой и рассмеялся.

— Никогда бы не подумал, что скажу это… Я хочу поступить по справедливости. Объективно я единственный, кто заслуживает права владеть короной и Аксаром. Даже по закону после смерти Альберта я первый в очереди за короной. Теперь ты ответь. Почему именно Криспин? Почему тебе так важно увидеть его королем?

— Я так хочу, — вымолвила королева тихо, давая понять, что Дедрик для нее ничего не значит.

— Значит, моя воля против твоей, — так же тихо проговорил мужчина.

Живя в Аксаре, я успела увидеть, как сражаются стражи, как нападают даймоны, но ни разу я не видела, как сражаются избранные. Мне сто раз уже говорили, как необыкновенны и удивительны эгуи и тэгуи, но мне не доводилось видеть, в чем же эта необыкновенность и удивительность.

И вот момент настал.

Мать и сын шагнули друг к другу; чернота словно вылилась из их глаз и окрасила тела. Сами тела вытянулись, руки и ноги удлинились, превратившись в лапы с когтями, глаза стали огромными, появились хвост, кожистые крылья, на коже заблестела чернейшая чешуя, а лица… лиц не стало, стали морды.

Я открыла рот, завороженная и испуганная — передо мной стояли уже не люди, а огромные, под потолок, существа, черные, как Источник, страшные и прекрасные одновременно. Одно из этих существ повернуло ко мне голову, и я поняла намек — встала со стула и начала отходить к дверям.

Кларисса-Виктория взмахнула крыльями и бросилась на Дедрика. Они сцепились в клубок и в одно мгновение разломали стол с рябчиками, которых мне так и не довелось попробовать, а вслед за столом и все то, что попадалось им под хвосты, лапы, крылья… Каким образом не задели меня — не знаю! Когда они начали крушить все вокруг, я присела, закрыла голову руками и не могла решиться встать, чтобы отпереть дверь — зашибут!

Раздался невообразимый грохот.

Это Дедрик с матерью проломили стену и вылетели наружу. Я закричала, получила дверью по плечу: это доблестные стражи выломали дверь в покои.