Сердце Аксара, или Измена по-королевски

Ничуть не смущаясь всеобщего внимания и враждебности, я стала изучать Великих.

Королем Имбера был эгуи лет пятидесяти, полный, широкоплечий, с водянистыми злыми глазами и залысинами. Мне понравилась его корона — внушительная, с широкими зубцами. Ею убить можно при желании, такой тяжелой она кажется.

Король Ганти оказался весьма симпатичным мужчиной примерно того же возраста, что и король Имбера. Темноволосый, кучерявый, с обжигающими карими глазами, римским носом и чувственными губами, он мог бы сойти за нашего, земного, итальянца. Он поймал мой взгляд.

Я изобразила виноватое смущение и опустила глазки долу.

Король и королева Саверьена произвели на меня странное впечатление. С одной стороны, они выглядели эффектно со своим высоким ростом, удлиненными лицами и очень светлой, кажущейся прозрачной, кожей при темно-рыжих волосах. С другой стороны, эти рыжие волосы, рост и интересные лица нисколько не делали их привлекательнее, наоборот. Меня взяла оторопь, когда я встретилась глазами с королевой Саверьена.

Она мне неожиданно улыбнулась, но какой же странной была эта улыбка! Я тоже улыбнулась, в замешательстве, да так и не поняла, что же значит эта улыбка.

Зато совершенно точно ясно, что мы, Корбинианы, среди всех Великих выделяемся ослепительной красотой. Может, поэтому все эти люди так враждебно на нас смотрят?

Поначалу я держалась рядом с Дедриком, порой кратко отвечала на любезные вопросы о том, не устала ли в пути, не желаю ли отдохнуть в отдельных покоях. Вскоре король отошел поговорить с королем Имбера, оставив меня «отдыхать» на диване с бокалом вина в руках. Криспин, заметив, что я осталась одна, направился ко мне, но его внимание отвлекла некая хорошенькая тэгуи, спросив о чем-то. Криспин улыбнулся и начал что-то отвечать.

«Пусть общается, — порадовалась я. — Он принц, и в невесты ему тоже принцесса полагается».

Я заметила интерес к себе со стороны королевы Саверьена, но не спешила вставать и идти к ней. Пусть сама подходит, ежели ей угодно. А я посидеть хочу в спокойствии, поглазеть на элиту этого мира.

— Не желаете ли отведать деликатес, Ваше Величество? — осведомился какой-то имберианин, подходя ко мне с тарелкой, на которой были разложены закуски.

Я кивнула, и мне любезно вручили нечто красивое на палочке. Я поднесла закуску ко рту немножко неаккуратно, так, что листик, наколотой на палочку, сполз, открывая мутный глаз какой-то рыбины.

Честное слово, я умею держать себя в руках, но глаз на палочке — это слишком! Я инстинктивно взмахнула рукой, и глаз полетел куда-то вбок, да так удачно, что угодил прямо в королеву Саверьена, которая не сводила с меня глаз. Королева ничуть не смутилась и царственным движением отряхнула место, куда зарядил глаз.