Сердце Аксара, или Измена по-королевски

 — Значит, к тому моменту ты уже оставил надежды, что Луиза выйдет за Рейна?

— Да, нужен был новый план на будущее, и я стал воплощать его в жизнь. Для этого мне нужно было твое доверие… Но я поздно понял, что даже влюбленная, ты никуда не пойдешь со мной. Ты заподозрила неладное. Я подготовил все для похищения, но меня стали проверять на чары, следить за каждым шагом. Пришлось отложить планы и рискнуть, похитив тебя сразу после ритуала. — Заметив, как я пристально на него смотрю, Фэд спросил, уверенный в положительном ответе: — Я противен тебе?

— Нет, — искренне сказала я, и, помолчав, добавила: — Ты делал все, что считал нужным, чтобы обеспечить хорошую жизнь себе и своей сестре. Могу ли я презирать тебя за это? Нет.

— Лучше бы ты меня презирала, Соня… Ты нравишься мне, как человек, но это ничего не меняет. Я отвезу тебя к Албрикту.

Иных слов я и не ожидала.

Меньше всего мне хотелось бы снова встречаться с королем Имбера Халле Албриктом. А вот он нам был рад. Как же, один из лучших стражей ненавистного королевства попросил укрытия и предложил свою преданность, да еще и преподнес шикарный подарок в моем лице! Я, конечно, попыталась убедить Албрикта, что никакой ценности собой уже не представляю, но безуспешно.

Фэд объяснил, что я отныне — новое Сердце Аксара, а Луиза добавила еще несколько штрихов к словам брата. Халле, довольно потирая руки, велел заключить меня под стражу и хорошенько охранять. После король, как я думаю, тотчас же собрал своих советников и приближенных, и обсудил, как можно выгодно продать Сердце Аксара. Не могу знать, о чем они совещались и сколько точно времени эти совещания заняли: я сидела взаперти и знала только, что у меня проблемы. Правда, к вечеру второго дня заключения ко мне зашел Фэд в компании наблюдателя (мало ли?).

— Что, имберианином стал? — ядовито бросила я, увидев новую форменную одежду стража.

— Да, стал. Его Величество король Халле принял наши с Луизой клятвы верности. Поменяв королевство, мы ничего не лишились: ни магии, ни положения.

— Поздравлять не буду. Вряд ли тебя будут ценить здесь, Уэнделл. Ты раз уже предал своего короля, значит, можешь предать и нового.

— Не старайся задеть меня, Соня, — произнес он невозмутимо.

— Зачем пришел? — спросила я, уже безо всякого трепета глядя на мужчину. То необъяснимое влияние, что он имел на меня, пропало, ушло без следа, а его редкая красота уже не вызывала восхищения. Я вообще уже не видела в нем никакой красоты и чувствовала лишь досаду из-за того, что так долго была слепа и не понимала, что он из себя представляет.

— Посмотреть, как ты себя чувствуешь, не нужно ли чего.

— Я серьезно. Если что-то нужно, скажи.

— Нужно кое-что. Верни меня в Аксар, — съязвила я.

— Ты вернешься и без моей помощи.