Сердце Аксара, или Измена по-королевски

Власть кружит голову?

— Я не вам улыбаюсь, эгуи, а Соне.

Уэнделл знал, что у нас с королевой одно имя, но назвал меня Соней… Мелочь, а приятно. Я покраснела, и это все заметили — ведь на моей белоснежной новой коже даже легкий румянец хорошо виден!

Коршун с прищуром глянул на Уэнделла:

— Я ничуть не удивлен, что вы успели вскружить голову этой девчонке! Вы не пропускаете ни одной юбки!

— Почему же, некоторые пропускаю, — оскорбился шутливо Страж.

— Как вам только хватает бесстыдства уделять внимание этой чужачке, этой трине!

— Побольше уважения — перед вами тэгуи.

— Она такая же тэгуи, как я — три!

— Не стану возражать из уважения к вашему преклонному возрасту. Ведь в возрасте все дело, так, эгуи? Скоро вас попросят с этой должности, и отправят в провинцию греть кости перед камином.

— Поговорим о возрасте? Что ж, рад напомнить: даже лучшие из стражей не доживают до седин, а уж вы-то, Уэнделл, рискуете умереть, не оставив наследника. Так и сгинет ваш достойный род… какая жалость.

— Не старайтесь меня задеть, эгуи, я понимаю, что ваши слова — признак подступающего старческого слабоумия. Займемся делом. Тэгуи, — Уэнделл посмотрел на меня, — как вы себя чувствуете? Голова не кружится?

— Все в порядке. Спасибо.

— Тогда позвольте я вас провожу.

Взяв под руку, Страж повел меня к приборам, вокруг которых суетились тенями даймоны. Мне хотелось сказать Уэнделлу снова, как я рада, что именно он мной занимается, что именно он на данный момент Верховный Страж, но я подавила это глупое женское желание и задала правильный вопрос:

— Развод по-королевски. Вы предстанете с Рейном перед Источником, и кровная связь между вами будет разрушена.

— Это больно? Страшно?

— Вам это будет стоить всего одной капельки крови, тэгуи. Подайте королю свою руку, и более ни о чем не тревожьтесь. Сейчас вы перенесетесь… Удачи.

Страж держал меня за руку, и только поэтому я не отшатнулась, когда стало темно-темно, а приборы загудели. Раздался торжественный и ясный голос Дитрича. Смотритель произносил церемониальные слова, реальность менялась.

Интересно, что происходит? Как меняется реальность? Причем здесь Источник? Почему во время ритуалов всегда темно?

Дитрич закончил говорить и пропал, все вокруг пропало. Зато явился король. Смотрел Рейн холодно, испытывающе.

«Злишься? А ведь злиться я должна, ведь это ты ошибся, да еще и пощечину мне дал! Вечно у вас, мужчин, виноваты женщины!»

Король протянул руку, и я, помня совет Стража, подала ему свою руку. Наши пальцы соприкоснулись. Я заметила в свободной руке короля кинжал. Мужчина развернул мою ладонь и сделал надрез на внутренней стороне. Крови показалось гораздо больше, чем одна капелька!

Я едва слышно зашипела. Больно! Но и себя Рейн не пожалел, резанул с силой.