Шадари. Наследница древних

Пусть и знала, что он должен играть роль простолюдина, это казалось ей удивительным.

Любой другой аристократ на его месте поручил бы заботу о лошади кому-то из слуг. Ведь Саймон тут изображает начальника охраны. Но нет. Он не погнушался делать эту работу сам. И из исходящих от него эмоций понимала, что и правда не считает это зазорным. Лошадей Саймон Веннер искренне любит.

Новая черта, открывшаяся в нем, снова дала понять, насколько противоречивый это человек. И эта его двойственность, пожалуй, привлекала еще больше. С одними он искренний и доброжелательный, с другими – беспощадный и жестокий.

Какой же на самом деле? Или такой и есть? Изменчивый, как море.

Найя заставила себя сосредоточиться на приготовлении обеда. А то, если так пойдет и дальше, вряд ли поразит кого-то своими кулинарными талантами. Что-нибудь переварит или пересолит.

Девушка так старательно не смотрела в сторону Саймона, что прозевала момент, когда он покончил с делами и устроился у костра рядом с ней. Вздрогнула, услышав знакомый голос:

Она едва не выронила черпак, которым в этот момент помешивала кулеш с мясом.

– Это так заметно? – улыбнулась, бросая на мужчину беглый взгляд.

– Значит, я не ошибся? – улыбнулся он в ответ.

– Да что в этом такого-то? – пожала плечами Найя. – Любая нормальная женщина должна уметь готовить.

– Любить и уметь – вещи разные, – философски заметил Саймон. – Дашь попробовать?

Смутившись, она зачерпнула немного каши и протянула ему ложку.

– Осторожно, горячее, – предупредила несколько запоздало, когда он зашипел, попробовав еду, и чертыхнулся.

Саймон в этот момент снова выглядел таким простым, что на губах появилась улыбка.

– Как маленький прямо! – ворчливо сказала. – Сразу с огня ведь!

– Просто уже голодный как волк. А тут такие запахи аппетитные от котла! И кстати, потрясающе вкусно! Как ты умудрилась из самых простых продуктов такое приготовить? Поразительно! У тебя несомненный талант.

– Скажешь тоже! – зарделась Найя. – Обычный кулеш. Просто добавила туда кое-каких приправ и корешков.

– Вот я и говорю: талант! – резюмировал Саймон, отдавая пустую ложку.

Они продолжили болтать, как и тогда, на дороге.

Найя же снова парила, как на крыльях. Внимание этого мужчины заставляло ее распускаться, словно цветок под лучами солнца. Даже хмурые взгляды Натана и Эулин, которые сидели чуть поодаль в компании других наемников, не могли погасить поселившееся в груди счастье. Найе в тот момент было плевать на то, кто и что подумает.

Интересно, Саймон вел себя так и с той девушкой, которая трагически умерла? Или с ней было иначе? Он ведь упорно преследовал ее убийцу. Значит, наверняка она была ему небезразлична.