Случайная жена, или Наследство в подарок

— Почему я не удивлен, что это вы? — улыбнулся Богдан и помахал мне ладонью с обширной связкой ключей в ней. — Отойдите.

— Ко мне можно на ты, — с трудом разомкнула губы, впитывая в себя вид мужчины. Он был в той же голубой футболке-поло и с красными глазами. Кажется, не спал. Так же, как и я.

Где же он был? Или, вернее, с кем?

Стоп, Аврора, стоп. Это должно волновать тебя меньше всего.

— Вы так и не представились, потому вряд ли я смогу обращаться к вам на ты, — усмехнулся Залесский (или, вернее, Хабаров) и вставил длинный ключ в железную дверь.

— Ульяна, — твердо произнесла, ожидая от него хоть какой-то реакции, но он просто повернулся и обворожительно мне улыбнулся.

— Приятно познакомиться, Ульяна, — прищурил глаза, затягивая меня взглядом в настоящее отчаяние, но сам никакого вида так не подал. Ни того, что прекрасно знает, что я не Ульяна. Ни того, что ему знакомо имя нашей дочери.

А может, не знакомо? Может, ему правда отшибло память?

Но как об этом узнать? Не спрашивать же напрямую? Или… спросить?

— Ты давно занимаешься фотографией? — я сама перешла на ты, войдя внутрь.

Слева по коридору был зал с зеркалами. Для создания образов. Прямо было большое помещение, разделенное на пять зон. Четыре тематические и одна просто с черным полотном и заранее выставленным светом.

— Семь лет. Чуть больше даже. Ну что, — он развел руками, так знакомо, что у меня сердце застучало сильнее — хотя кого я обманываю, оно все это время стучало как сумасшедшее, надо было сначала выпить успокоительного и только потом ехать на встречу, — выбирай.

— Туда. — Я ткнула в зону с черным полотном.

Богдан же лукаво улыбнулся:

— Раздеваться готова?

— Что? — я не совсем поняла его, а когда дошло… наверное, не будь на мне столько тональника, я бы вся стала малиновой.

— Какие именно ты хочешь фотографии? Насколько откровенные? Потому что там, — он махнул в ту сторону, — или портретная съемка, или…

Или… Вот и скольких он снимал вот так вот «или»?

— Хотя как знаешь. Ты же заказчик. — Богдан отвернулся и пошел в сторону оборудования, а я обняла себя за плечи и уставилась ничего не видящим взглядом на ту самую зону, что выбрала.

Я совсем не хотела фотографироваться.

Зачем я сюда вообще приехала? На меня опять накатило то самое ощущение нереальности происходящего — зазеркалья. Только я все же попала в королевство не Кривых зеркал, а Разбитых. Вся моя жизнь виделась сейчас именно такой, в разбитых осколках. На каждом из которых отражались моменты прожитых мною этих девяти лет. Пока я думала, что его нет. Пока моя дочь думала, что ее отец погиб.

Га-а-адство. Сжала пальцы на плечах сильнее, вынуждая себя остановиться и покончить с самобичеванием. Плакать сейчас ни в коем случае нельзя.