Снежный пепел

— Она украла лекарства… опустилась совсем, — объясняю встревоженному Саше, он присел на корточки у моих коленей и смотрит мне в глаза. — Она совсем не думает обо мне!

Я почти кричу, забыв, где нахожусь. С запоздалым страхом оглядываю больничный коридор, окрашенный в нежный бежевый цвет, на стенах кашпо с вьюнами и бра, создающие мягкий полумрак. Двери закрыты, пациенты спят. Ночь на дворе.

Саша встает и вдруг заходит в кабинет врача, а я не могу подняться со скамейки, чтобы отговорить его. Он пошел оплатить чужой грех. Пусть половину, но все же. Стыдно. Опускаю голову на руки и не могу сдержать слез обиды.

— Всё, ты ничего не должна, поехали, найдем твою маму, — гладит по спине вернувшийся Саша.

— Спасибо… я верну, как смогу, — утыкаюсь в плечо моего мужчины, теперь уже рыдая от счастья, что он есть у меня. Мой, по-настоящему родной.

— Я тебе верну, даже не думай, — целует мою щеку, просто чтобы успокоить, — если только поцелуями расплатишься, тогда я не против. Ты моя, я тебя люблю… очень. Поехали, сначала на вокзал, а если там не найдем, поедем к деду.

На вокзале мамы не оказалось, этого и следовало ожидать. Наверняка наняла такси, дорого, почти половина ее пенсии, но, думаю, маму это не остановило.

— Ну что, Ромку пристроим и вперед? — останавливаемся у ворот морга, нужно забрать вещи и уволиться, Саша не хочет, чтобы я работала по ночам, хочет, чтобы спала рядом с ним.

— Давай с собой возьмем? — предлагаю, стискивая пальцы его. — Пусть со мной поживет в деревне, пока я в отпуске.

— Я думал ты завтра со мной вернешься в город, — грустно смотрит, и так смешно сдвигает брови парень, что я смеюсь. — Я теперь не могу без тебя долго. А мне приехать нужно будет, дня на два, переозвучку серии сделать.

— А я не смогу маму бросить… она не поедет обратно, я ее знаю. Без лекарств ей с каждым днем будет все хуже, кто будет ухаживать за ней?

— Наймем сиделку, с медицинским образованием.

— Она не подпустит никого, — тяну руку к его щеке, мне так хочется трогать любимого, каждый раз удостоверяясь, что это не галлюцинация.

— Посмотрим! — подмигивает Саша, ловит мою руку и целует пальцы. — Идем!

Мы забрали все мои вещи из морга, почаевничали со старым Гринем, рассказывая ему ситуацию. Он поддержал Сашу, насчет сиделки, даже сказал, что знает одну врачиху, которая сладит с моей невыносимой мамочкой.

— Она в женской тюрьме работала, умеет с такими ладить, — успокаивает меня Гринь, — а тебе нечего нервы мотать с умирающей. Только заплатить надо будет прилично.

— Я любые деньги отдам, лишь бы Алёнка спокойна была, — Саша притягивает меня к себе, целует в макушку. — Мать ее ненавидит, не надо рядом с такой сидеть и негатив ловить.