Собственность сводного брата

Хлесткий, хоть и не особо болезненный. Но обидный до чертиков. Я отвык от побоев очень давно. И привыкать к ним не собирался.

— Не смей повышать голос на своего отца.

— А ты сомневаешься?

Мы похожи. Да и характеры как один. Но порой мне так хотелось, чтобы я был приемным. Чтобы не имел общей с ними крови. Ради Миры. Ради ее психики.

— Иногда, — сказал я уже спокойнее. — Иногда мне кажется, что ты взял меня только для того, чтобы было кому передать дело, и совершенно не паришься о том, что волнует меня самого.

— Технологии? Обновление завода?

— Ты поставил защиту от вирусов?

— Это мой завод. Здесь нет ничего, чего бы я не знал. И твоя защита спасла нас от взлома, так что… Покажи, чему еще научился за мои деньги.

Мы усмехнулись и пошли в сторону машины. Но я все равно еще раз обернулся туда, где минуту назад скрылся вертолет.

— Четвертое место — это не трагедия, — убеждала меня мама, пока я остервенело расшнуровывала коньки. Не трагедия. Как можно было так глупо отвлечься. Почему мне вдруг показалось, что здесь Ярослав? Хотя я прекрасно понимала, что его здесь быть не может. Почему вместо того, чтобы считать, я думала о нем? — Мира, не плачь.

— Мам! Может хватит чушь нести?! Не ты ли мне говорила, что это единственное, чего я могу достигнуть. А кто я буду, если не стану чемпионкой?! Никто! Просто женой богатого мужчины!

— Прости, я не хотела. Просто не надо мне про трагедию. Четвертое не первое. Точка. Я пойду, — оставила вещи и вышла в коридор.

Оттуда выбежала на улицу.

Руки сами закрыли лицо, а слезы полились.

Я действительно не понимала, что творится у меня в душе, в сердце. Казалось, что я запуталась. Что с одной стороны я хочу стать чемпионкой, а порой казалось, что мне просто нужно быть рядом с Ярославом и ничего больше не надо. Это все Оливия с ее поцелуем. В тот момент мне показалось, что меня макнули в холодную воду. В таком я шоке была. И намеки, которые она бросает о нас с Ярославом. Я действительно не понимала, запуталась, а мама не могла помочь. Все твердила, что эти чувства просто глупая привязанность и стоит мне чуть подрасти, как все это пройдет. Тем более рядом такой красивый Элиас.

Да. Он мне нравился, но мысль о том, что он может кого-то поцеловать, не вызывала в груди боли, а мысль о нашем поцелуе не приносила такого трепета в душе. Мне скорее было просто любопытно, а как это, когда, когда по-взрослому.

Носа коснулись табачные нотки, и я обернулась. Элиас бросил сигарету и шагнул ко мне. Я даже испугалась, что он будет меня обвинять. Ведь он не меньше меня хотел этой победы.

— Мне кажется, ты не серьезна.

— Ну не нужно все это тебе. Отвлекаешься. Своего брата к Оливии ревнуешь, из-за этого невнимательна. Тут нужно выбрать, Мир. Ты либо спортсменка. Либо простая девочка. Заурядная. Такая как все.