Ссыльные лекари

Вот только при мысли, что настанет момент, когда Ланс окончательно исчезнет из моей жизни, стало тоскливо. Привыкла я к этому ехидному демону за это время. Сколько бы мы с ним ни шипели время от времени друг на друга, а взаимопонимания достигали. К тому же он заботился обо мне не только, когда была ранена или произошло расслоение личностей, но и после того, как эти периоды миновали. И не могу ведь сказать, что забота была формальной, исключительно в рамках соглашения или кодекса этики лекарей. Как бы ни было трудно это признать, но мне нравилось. Да, чёрт возьми, мне нравилась и забота, и внимание Ланса, и он сам!

Мне хотелось подойти к стене и хорошенько постучаться об неё головой. Ну, почему я не могу просто принять ситуацию такой, какая она есть?! Почему вечно мозги борются с душой или сердцем?! Ланс меня выводил из себя ведь не своими постоянными шуточками и усмешками или периодическими эпизодами замкнутости и отстранённости, а тем, что боялась к нему привязаться, прикипеть душой, зная: когда настанет время расстаться, будет больно. Можно было бы списать эти чувства на то, что внутри меня тогда прятался остаток-паразит души прежней хозяйки тела, но в таком случае сейчас мне было бы глубоко плевать. Не маялась так, как сию минуту. Даже не могу всё спихнуть на то, что Ланс каким-то образом на меня воздействовал магией, ведь мной она воспринимается очень плохо. А-а-а-а-а, что же так сложно-то?! Раздираемая противоречивыми чувствами, я просидела на кровати достаточно много времени, пытаясь хоть как-то примирить друг с другом разум и чувства, а в итоге ещё больше запуталась, признавая свою абсолютную беспомощность. Придётся выбрать что-то одно: либо первое, либо второе. И в обоих случаях как выиграю, так и проиграю. Поставлю на первое место чувства – жестоко потом пожалею, что сблизилась с Лансом, прекрасно зная, чем всё закончится. Выберу доводы разума – получу подтверждение, что была права в том, чтобы исключить повод для страданий, но стану сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

Налопавшаяся от пуза золотая птицекрылка настолько, что едва смогла поднять в воздух тяжёлое тельце, всё-таки преодолела разделявшее нас расстояние и опустилась на мои колени.

– Что, предлагаешь качнуть маятник в сторону твоего тёзки?

Естественно, бабочка ничего мне не ответила, лишь качнула несколько раз своими роскошными крыльями. Моя рука осторожно начала скользить по юбке к ней. Птицекрылка сделала пару взмахов и оказалась на тыльной стороне моей ладони, забавно перебирая по коже лапками. В голове тут же прозвучал голос Ланса: «Запомни, Риона, огонь – это не только страдания и смерть, но и сама жизнь...» Огонь как раз всегда изображается красным цветом...

Ланс сам неоднократно говорил, что демоны очень хитры и тщеславны.