Столичный доктор. Том III

В честь великой победы отечественной науки Ивана Михайловича поздравили Станиславом первой степени. С лентой. Мне выдали четвертого Владимира. Ну и порцию аплодисментов питерских врачей. Я бы даже сказал — это была овация.

Въ Грозномъ забилъ новый, колоссальных размѣровъ, нефтяной фонтанъ, вышиной 70 саженъ. Въ сутки фонтанъ выбрасываетъ 800 тысячъ пудовъ нефти.

Смертность отъ заразныхъ болезней въ Кубанской области. По полученнымъ нами офицiальнымъ статистическимъ даннымъ смертность въ Кубанской области за iюль мѣсяцъ текущаго года выразилась въ слѣдующихъ цифрахъ: умерло отъ оспы — 136 чел., дифтерита и крупа — 199 чел., кори — 350 чел., коклюша — 133, брюшного тифа — 7, неопредѣленной болѣзни — 78, повально-заразнаго кроваваго поноса — 54, простого повальнаго дѣтскаго поноса — 498, сибирской язвы на людяхъ — 8, водобоязни (бѣшенства) — 1, всего — 1,464 чел.

Вопросъ о реорганизацiи и выдѣленiи отдѣльнаго корпуса жандармовъ, по словамъ столичныхъ газетъ, рѣшенъ въ положительномъ смыслѣ.

Начались экзамены въ медицинской испытательной комиссiи. Допущено къ экзамену 70 чел., въ томъ числѣ Александра Боголюбская — докторъ медицины бернскаго университета.

(«Корр. Бюро»). Въ последнiе дни въ Галатѣ заболѣло холерой 11, умѣрло 7 человѣкъ. Отъ холеры умѣрла старшая сестра милосердiя французскаго госпиталя.

В комнате оглушительно громко тикали солнечные часы. Я нуждался в срочной нейрохирургической помощи, потому что подвергся атаке террористов, взорвавших в моей голове гранату. И вообще, хирург-орденоносец Баталов умирал. Страшной и мучительной смертью от обезвоживания и интоксикации. Кто же таскал мое бессознательное тело по пустыне как минимум неделю? Ничего не помню. Может, хоть сейчас, перед смертью, мне дадут попить воды? Я попытался поднять голову, но террористы предусмотрели это, запихнув мне в череп еще порцию взрывчатки — перед глазами полыхнуло.

Как же мне хреново, господи! Скрипнула дверь, вызвав очередной взрыв в голове. Я попытался воззвать к милосердию, но из высушенного жаждой горла раздался только невнятный хрип.

— Проснулись, барин? — спросил незнакомый женский голос. — А я вам узварчику принесла, попить с утра…

Ангела мне прислали! Нежноголосого… Услышали мои молитвы! Нектар и амброзию доставила мне эта достойнейшая женщина! Божественного вкуса жидкость впитывалась прямо во рту, иссушенном жаждой.

— Еще, — схватил я за руку ангела. — Рассол есть?

— Ой, барин, погодьте маленько, а то заплохеть может. Опять в Ригу поедете, как давеча.

Хлопнула дверь, а я попытался восстановить последовательность событий. Так, сначала всё было чин чином, ну, до тех пор, пока не отчалил император.