Страшные сказки закрытого королевства

В горле пересохло и от долгой речи, и от нахлынувших горьких воспоминаний.

– Мне пришлось просидеть там месяц, пережидая, пока прекратится погоня, которую наверняка отправили за мной, не обнаружив в замке. Потом по тайному ходу выбрался наружу, шел пешком через всю страну. Мне позднее люди рассказали. Для всех – графиня Альенда наложила на себя руки от горя по безвременно почившему супругу, – тут меня передернуло нервной дрожью. – А наследником всего состояния и титула стал Гаспар, единственный выживший отпрыск графа, его старший сын, незаконнорожденный, но признанный.

– Альенду убил этот Гаспар?

– Уверен! Он неоднократно, с самого моего детства, грозился прирезать меня. А маму ненавидел лютой ненавистью. Она была законной женой, вроде как его мачехой, родила ребенка, который должен унаследовать всё то, что Гаспар считал своим. Я был в бегах, не мог узнать всё досконально. Но и так ясно, – криво улыбнулась я. – Графиня якобы наложила на себя руки. Ведь Гаспар не знал, что она и так обречена и умрет не позднее чем через неделю. А труп истинного наследника (как бы мой труп) был позднее найден в лесу, обглоданный волками до неузнаваемости. Опознали по одежде. Об этом мне тоже рассказали люди. Не удивлюсь, если и папу отравил он. Мы трое были препятствием к богатству. Гаспар много пил и играл в карты.

– Хочешь вернуться в родной замок и принять титул и состояние?

– Нет!!! – Меня аж подкинуло. – Ни за что! Я не вернусь в Дагру никогда! Лучше быть нищим музыкантом на свободе, чем графом с магическим даром в закрытом королевстве.

– Я понял, – спокойно ответил лорд. Сцепив пальцы, он несколько мгновений размышлял, что бы еще спросить, но, так и не придумав, встал: – Отдыхай. Осваивайся. Спросишь у Жаника, как проехать в город, если пожелаешь. Слуги всё покажут и расскажут. Приглядывай за своим рабом, как бы он глупостей не натворил. А я вернусь через несколько дней и проверю, как ты тут устроился.

– Лорд Калахан! – вскочила я. – Не знаю, как вас благодарить за всё, что вы сделали для меня. Я…

Он отвернулся, мгновение помедлил, словно размышляя, после чего покинул меня.

Лишь с его уходом я отпустила себя, сгорбилась, и слезы закапали на сжатые руки. Всю душу разбередил, разворошил тщательно запрятанные в памяти воспоминания, вытянул наружу заглохшую было боль.

Ненавижу Гаспара. Чтоб он сдох, тварь! Я не убийца, нет. Не умею просто. Но, кажется, если бы могла, его бы придушила собственными руками.

Мне понадобилось много времени, чтобы вернуть себе душевное равновесие и найти силы выйти к остальным. Слезы высохли, хотя глаза наверняка теперь красные.

С кухни доносились голоса, госпожа Виенна отдавала распоряжения своим дочкам, а они что-то весело чирикали в ответ, взбудораженные новостями и переменами.