Страшные сказки закрытого королевства

Где находятся Дарио и лорд Калахан, было неясно.

Послонявшись по холлу, я прихватила куртку и, выбравшись из дома, бездумно побрела по саду, прикасаясь кончиками пальцев к деревьям.

Здесь царило тепло. В Дагре сейчас разгар зимы, вьюжат бураны, занося всё снегом, греются у огня люди. В Калиоте, где стоял замок лорда Калахана, тоже зима, но мягкая, больше похожая на середину привычных мне осени или весны. А тут почти лето. И воздух теплый, хоть и не жаркий, и деревья не облетели, даже цветы вон растут, и трава зеленая. Неплохо устроились драконы. Где-то рядом море и горы. Для них, крылатых, наверное, вообще не расстояние…

Хорошо… Даже куртку не нужно застегивать и свитер под нее надевать. Закинув голову, я смежила веки и подставила лицо ласковому ветерку.

– О чем задумался, малыш? – заставил меня вздрогнуть голос Дарио.

Открыв глаза, я заозиралась и обнаружила его сидящим под деревом. Он прислонился спиной к стволу и смотрел на горы с мечтательным выражением лица.

– Скучаешь по крыльям? – правильно поняла я тоску, которой веяло от него.

– Скучаю, – не взглянув на меня, согласился он. – Я давно не летал. Если когда-нибудь снова смогу перекинуться, покатаю тебя.

– Ладно, – подойдя, я присела рядом и вытянула ноги. – Лорд Калахан уезжает, но сказал, что вернется через несколько дней.

– Он знал Альенду? Твою мать?

– Да. Не рассказал только никаких подробностей.

– И не расскажет. Мы не любим и не умеем признавать свои ошибки и неудачи. А в том, что она стала матерью не его ребенка, наверняка виноват он сам. Не удержал свое сокровище.

– А ты? Ты удержал свое сокровище? – невольно улыбнулась я. Смешно сравнивать живое существо с чем-то драгоценным и неодушевленным.

– Ну ты же всё еще мой, значит, удержал, – повернул он ко мне голову и прищурился. – Ты мое сокровище, малыш. Других не было. И, скорее всего, уже не будет.

– А как же та женщина, что ранила тебя? Та, из-за которой ты теперь ненавидишь весь женский пол? – затаив дыхание, спросила я. Может, хоть сегодня поделится?

– Она не была сокровищем. Я просто думал, что люблю ее. Ошибался. А она не любила меня, предала не задумываясь.

– А если бы я был женщиной, я бы стал твоим сокровищем?

– Почему «стал бы»? Ты уже – оно. Бесценное, единственное. Не забивай себе голову всякой ерундой, Рэми. Ты мой, и ничто этого не изменит, я тебе уже говорил.

– Дар, послушай, – кашлянула я, набравшись смелости. – Я хочу тебе кое в чем признаться. Это очень важно. Понимаешь, я не рассказывал тебе всей правды о себе. Боялся. Ты пугал меня, и я… Пообещай, что сначала выслушаешь и только потом будешь злиться и ругаться? Ладно?

– Нет, пообещай сначала, что не… уйдешь и не возненавидишь меня, – нервно сжимая и разжимая кулаки, попросила я.

Всё, сейчас расскажу. Страшно, но пора.