Стыдные подвиги
Например: обшить бронированными пластинами подвальное хранилище для наличности, включая пол и потолок, чтоб лихие люди не пролезли, сделав подкоп или разобрав по кирпичу стену.
Евгеша не скрывал удовлетворения.
По профессии — учитель физкультуры, крепкий, некрасивый, рано облысевший; он был мне приятен. Лысые мужчины составляют особую касту, они вынуждены относиться к себе с юмором. Вот и Евгеша Строитель приходил ко мне бодрым хохотуном, то и дело вворачивая в речь пословицы: «Лысина спереди — от большого ума, лысина сзади — от чужих подушек».
Он тоже расширял свою мастерскую, но медленно: начинал, имея под началом двоих работников, спустя три года их было пятеро, то есть коллектив увеличивался каждый год ровно на одного наемного пролетария; такие темпы казались мне смехотворными.
Иногда мы вспоминали старые времена, бессонные ночи, переживания по поводу незначительных сумм, жалких тысчонок. Я самодовольно смеялся. Евгеша тоже смеялся, но скорее из вежливости, — он не сильно разбогател на своих решетках и заборах; тысчонки свои добывал в поте лица.
Рассказывал о бывшей жене, обманом отобравшей при разводе квартиру, или о бывшем друге, пообещавшем открыть счет в швейцарском банке и сбежавшем вместе с деньгами.
Зачем скромному изготовителю заборов и решеток счет в Швейцарии — я не спрашивал. И так было понятно, что Евгеша мыслил просто и прямолинейно. Раз есть бизнес — значит, должен быть счет в швейцарском банке.
Назвать бы его простаком, лохом — да только простак никогда не создаст с нуля успешное дело.
В очередной раз он пришел не слишком веселый. Жаловался, что заказов мало, что вокруг одно жулье и бездельники. Попросил взаймы. Хотел купить грузовик.
Я тут же выдал нужную сумму.
«Вот как бывает, — задумчиво произнес Евгеша. — Раньше ты у меня просил, теперь я у тебя… Поменялись, так сказать, местами…»
«Ничего, — ответил я, бросая взгляд на золотые часы. — Скоро опять поменяемся».
«Сплюнь», — сказал Евгеша.
Я не последовал совету, а зря.
В то лето умер мой дед. Надгробный камень покупали в Москве, и я заплатил Евгеше, чтобы он отвез гранитный валун в родовую деревню на том самом грузовике.
Через два месяца меня посадили в следственный изолятор.

















