Суббота Воскресенского

Дина улыбалась Павлу, Павел улыбался ей. Женская рука чуть дольше, чем это необходимо, задержалась в мужской.

Надин прекрасно читала подобные знаки и думала о том, что грядет слияние бизнеса. Наверняка. Банковский и страховой – это же сейчас очень актуально.

Надин стояла, смотрела, чувствовала… да ничего не чувствовала – просто медленно умирала, пока Лиза не дернула ее слегка за локоть:

– Как думаешь, надолго здесь вся эта фигня с фотографами и фуршетом?

– Придется потерпеть, – ответила Надин, отводя взгляд от пары. – Но где-то я видела попкорн, специально для детей.

Лизу ребенком назвать можно было с натяжкой – семнадцать лет. Но попкорн она приветствовала. В итоге они вдвоем ели попкорн и пили газировку, а когда зрителей стали пускать в зал, Павел их нашел. В этом плане он был безупречен.

– Нет, – ответила Надин.

Лиза в ответ лишь фыркнула.

А Дина все никак не шла из головы. Он ведь наверняка когда-нибудь женится. Чем не вариант?

Надин же уйдет в прошлое, как один из многих гостевых вариантов.

И уйти надо первой. Чтобы избежать унижения. Их отношения все равно в тупике. Надин чувствовала этот тупик последние месяца три. Павла все устраивало, ее – нет. У нее оставалось все меньше и меньше времени.

Себя – в руки, волю – в кулак. Надин закрыла ладонями лицо, не позволяя себе расклеиться. Один, два, три… Дыши… Вот так…

Она тихо встала, подобрала платье и остановилась у двери, позволив себе последнюю слабость – прощальный взгляд на обнаженную мужскую спину.

– Ты куда? – послышался полусонный голос.

– Позови, когда сделаешь кофе.

Свешников еще некоторое время полежал с закрытыми глазами, даже подремал и, не дождавшись приглашения на кофе, спустился вниз.

На просторной кухне за обеденным столом сидела Лиза. Она была в наушниках, пила чай с бутербродами и что-то читала в телефоне.

– Доброе утро, – сказал Свешников.

Пришлось подойти поближе и коснуться плеча дочери. Лиза обернулась.

– О, привет, – она сняла один наушник. – Завтракать будешь? У нас сегодня чай, кофе и бутерброды.

У помощницы по хозяйству выходной, так что они сегодня либо на самом простейшем, либо на доставке из ресторана. Правда, Надин неплохо готовит.

– Где Надин? – спросил Свешников, усаживаясь рядом.

– Уехала, – Лиза вернулась к телефону.

– Просто, – Лиза пожала плечами. – Заказала такси и того.

Странно. Может, у нее были запланированные на утро дела?

Ладно, позвонит позже, узнает.

– Я не против кофе, – сказал Свешников, глядя на светловолосую голову дочери.

Лиза оторвалась от телефона.

– Окей, сейчас сделаю.

Надин отключила телефон. Она не могла никого ни слышать, ни видеть, ни вести вежливую переписку. В конце концов, у нее сегодня трудный день. И трудный – это мягко сказано.

День, когда рушится жизнь.