Святой Грааль

Томас задержал дыхание, недрогнувшей рукой принял ковшик с тошнотворным зельем.

Олег неторопливо обрызгал мясо на кости, его странные зеленые глаза неспешно осматривали лужайку, нависающие ветви деревьев, истоптанную копытами и сапогами землю. Чачар сидела по ту сторону костра, ела быстро и аккуратно, косточки держала двумя пальчиками, оттопыривая мизинец, костями не плевалась, даже не сморкалась за едой, по-сарацински поочередно зажимая ноздри. Олег выбросил кость, вытер жирные пальцы:

— Томас, нам повезло, что Чачар заблудилась.

Рыцарь встрепенулся:

— Здесь побывали гости.

Пока мы носились по рощам и оврагам, искали пропавшую деву, они подъехали к нашему костру с трех сторон, чтобы взять в кольцо. Вон за тем деревом я нашел вмятину от дуги арбалета: кто-то натягивал тетиву, уперев станину в землю. Думаю, он был не единственный арбалетчик.

Томас поспешно вскочил, его глаза тревожно осматривали окрестности:

— Решили, что мы оставили костер для приманки, а сами уехали. Конечно, по дороге на север! По крайней мере их следы тянутся в ту сторону.

— Пустились в погоню? Тогда поймут, что ошиблись…

— Успеешь выпить зелье, — заверил Олег. — Хочешь, налью еще? Ты слаб, а при такой жизни силы понадобятся раньше, чем ожидаешь.

Томас перевел взгляд на бледную Чачар, приложил руку к сердцу и поклонился.

Олег встал, снял с седла тяжелую сумку:

— Здесь побывало три десятка хорошо вооруженных всадников. Чачар нам оказала великую услугу, избавив от драки. Мы ей должны ответить тем же.

Он бросил сумку на землю, в ней звонко звякнуло. Томас вскинул брови, но лицо посветлело — догадался.

Олег развязал веревку, запустил руку в сумку по локоть:

— Сэр Томас, нас двое или трое?

Рыцарь произнес с великим чувством достоинства:

— Сэр калика, женщина доверилась нашему покровительству!

— Здесь пять тысяч золотых… Делю на троих?

— Женщинам всегда нужно больше, сэр калика.

Чачар переводила непонимающий взгляд с одного мужчины на другого. Олег высыпал монеты на землю, разгреб на три кучки — одну чуть крупнее других. Томас с широчайшей улыбкой собрал ее на широкий платок, завязал узлы.

Чачар все еще смотрела непонимающе, а Томас, потряхивая, поднялся и сунул платок с золотом в седельную сумку на коне Чачар.

Олег тем временем ссыпал остатки в прежнюю суму, завязал, неторопливо начал собирать котел, одеяла. Чачар спросила:

— Что все это значит?

— Во-о-он виднеются стены города, — ответил Олег ласковым голосом. — Того самого, до которого мы взялись тебя доставить. Сэр Томас и я охотно бы проводили и дальше, но ты же видишь какая собачья у нас жизнь?..