Святой Грааль

Они скакали без отдыха, часто пересаживаясь на запасных коней, сбивали след, ехали ночами, избегали сел и деревень, прятались при виде людей на дороге. Даже у самых мирных путников бывали длинные языки, а сейчас это худшее оружие: многие запомнят грозного рыцаря, блистающего доспехами, у которого в правой руке длинное копье, а на левом локте треугольный рыцарский щит со странным гербом: меч и лира на звездном поле. Да и Олег в его куртке из волчьей шкуры и деревянными бусами на голой груди запомнится. Обратят внимание и на ярко-зеленые глаза паломника, такие непривычные в краю темноглазых.

Однажды Томас не выдержал, сказал просительно:

— Сэр калика, ты почаще щупай свои языческие деревяшки… Что нас ждет?

Олег покосился удивленным зеленым глазом, усмехнулся:

— Они же языческие! Твоя вера вроде бы против?

Томас поерзал в седле, ответил с неудовольствием, но с достоинством:

— Когда я вел через пустыню рыцарский отряд, у меня был разведчик из сарацин. Сведения доставлял точные. Дурак бы я был, если бы отказался от его помощи! Вера есть вера, а жизнь — жизнь, сэр калика.

Долго скакали молча, слишком усталые, чтобы разговаривать. Вечером у костра, когда коней расседлали и стреножили, а сами легли, поужинав, Томас спросил:

— А эти… Семеро Тайных, не могут так же щупать обереги? Видеть нас, угадывать куда едем, что делаем?

Олег помолчал, произнес без уверенности:

— У нас все разное. У них больше на точных расчетах. Прогресс, цивилизация! Но мир таков, что голых расчетов недостаточно. Как мало одной голой цивилизации без культуры.

— А что дает видеть грядущее тебе?

— Интуиция, — ответил Олег неохотно.

 — Иногда подводит, зато позволяет заглядывать дальше. Картинки дает ярче, четче. Интуиция, сэр Томас, держится не на знании, а на понимании. Понимание же — важнейший элемент культуры.

Томас молчал — тихо сопел, провалившись в глубокий сон смертельно усталого здорового человека с чистой совестью. Последнее осталось в памяти Олега, и утром, когда они лежали кутаясь от утренней сырости в одеяла, он спросил:

— Сэр Томас, не спишь?.. Разреши мое недоумение. Почему Святой Грааль не вспыхивает в твоих руках? Я слыхивал в своих дремучих землях, что этой чаши могут касаться лишь безгрешные руки.

Но смотрю я на тебя, сэр Томас, неужто ты без греха вовсе?.. В вашем суеверии… то бишь в заповедях сказано, что человек уже рождается в грехе!

Томас, постепенно просыпаясь, поерзал под одеялом, пытаясь согреться, наконец вылез, передернул нежно-белыми, как у женщины, плечами:

— Бр-р-р… У нас ночи теплее, а еще жаркая пустыня называется!.. Думаю, что под безгрешным понимается наименее грешный.