Святой Грааль

Завидев две гигантские фигуры, он остановился, передохнул, низко поклонился. Томас глухо заворчал, словно за обедом глотал одни булыжники, теперь перекатываются внутри стального панциря. Олег поклонился в ответ — спина не переломится, — сказал быстро:

— Мы готовы. А где двое непобедимых… Приехали?

Краем глаза видел, как задержал дыхание и подался вперед сэр Томас, ловя каждое слово. На худощавом лице рыцаря вспыхнула отчаянная надежда. Настоятель снова поклонился, еще ниже и почтительнее, сложил руки ладошками и ответил дребезжаще-тонким голосом:

— Прибыли поздно ночью.

Их встречал почетный конвой.

Лицо рыцаря померкло. Он опустил забрало, и трое монахов некоторое время видели только синие, как небо, глаза в прорезь стального шлема. Затем Томас все же поднял забрало, глухо сказал без всякого выражения:

— Мы с сэром каликой к турниру готовы. Пусть герольд соблаговолит изъяснить здешние правила и обычаи.

Олег спросил у настоятеля:

— Хорошо ли смотрели за конями? Если сражаться конными…

Настоятель посмотрел на помощников, те быстро уронили головы, пряча глаза.

Настоятель сложил ладони у груди, низко поклонился:

— Их уже поймали, они в другой конюшне. Не беспокойтесь, у них самый лучший овес, ароматные и лечебные травы, родниковая вода…

Олег насторожился, чувствуя недоброе:

Настоятель снова посмотрел на монахов, те головы не поднимали, и он, вздохнув сказал все тем же тонким дребезжащим голосом, словно звенела посуда на тряской телеге горшечника:

— Они… рассердились на что-то. Или пошутили? Зачем-то разбили стойла, сломали ясли, начали обижать других коней и… трогать молодых кобылиц.

Потом черный жеребец решил почесаться о главный столб, на котором держалась крыша конюшни, но столб почему-то переломился. Крыша рухнула… Оба жеребца испугались…

Томас нахмурился, бросил на Олега негодующий взгляд. Его боевой конь, который не страшился дикого завывания сарацинских труб и жуткого барабанного боя персов, испугается упавшей крыши! Клевета!

— Испугались, — повторил настоятель, не замечая, что нахмурился и Олег, — побежали, ударились о стену…

— Ну-ну, — поощрил Олег.

— Стена рухнула. Жеребцы вырвались в сад.

За ними и другие, которые уцелели. Монахи всю ночь ловили ваших коней, но те перепортили священный сад, который выращиваем три тысячи лет, сожрали небесные розы — их принесла от Владыки Небес его прекрасноликая дочь отважному сыну императора Фак еще на заре времен… Потом ваши кони пили воду из священного источника, согнали небесных лягушек, что изволили почивать там, и нарушили тридцатилетнее молчание великого аскета Цоб-Цо-Бэ.

— И что он сказал? — спросил Томас с живейшим интересом.