Святой Грааль

Мигом!

Монахи разбежались, настоятель осторожно повернулся, его повели через сад, где Олег увидел жуткую картину разрушения, словно пронеслись орды Аттилы: просторная конюшня, сложенная из необожженной глины, рассыпалась, желтые глыбы раскатились, калеча и топча нежные цветы, почти полностью засыпали родник.

— Где мой конь? — спросил Томас обеспокоенно.

— Коня железного человека будят: играют над ним песни, бьют в бубны, дают нюхать ароматические соли…

— В задницу ваши соли, — сказал сэр Томас. — Себе, не коню! Моего друга поднимет лишь это!

Он похлопал по толстому поясу, где висел боевой рог.

Вслед за монахами они прошли через сад, там развалин оказалось намного больше, Томас даже озадаченно присвистнул. Если бы не знал, что ночью буянили два пьяных коня, подумал бы, что через монастырь прошли благочестивые рыцари-крестоносцы в поисках Святого Грааля.

Конь лежал посреди вытоптанного сада, храпел, страшно выкатив глаза. Монахи стояли в почтительном отдалении, с ужасом смотрели на чудовище. Томас поднес рог к губам, надул щеки. Страшный рев пронесся над монастырем, с жалобным звоном посыпались стекла в окнах.

Престарелый настоятель и монахи попадали на землю, как переспелые груши. Левое ухо коня раздраженно дернулось, но дикий храп с переливами не оборвался.

Томас выругался, набрал в грудь побольше воздуха, протрубил снова, покраснев и страшно выпучивая глаза. Оглушительный рев сотряс воздух. Олег вскинул голову — рушились маковки монастыря, лепные украшения из глины. Конь недовольно прянул обоими ушами, посовал ногой, но храп стал еще гуще.

Рыцарь покосился на ехидно ухмыляющегося калику, нахмурился, поспешно поднял рог в третий раз:

— Проклятая бесчувственная скотина!.

. Так упиваться, когда хозяин всю ночь… готовился к трудному бою! Хорош был бы под седлом! Ну, сейчас ты у меня точно проснешься, сейчас ты у меня вовсе заикой станешь…

Он приложил рог к губам, Олег поспешно ухватил за руку:

— Погоди! Он только перевернется на другой бок. Лучше палкой огрею!

Томас ахнул от великого возмущения, едва не выронил рог:

— Рыцарского коня? Простой палкой?

— Могу взять у настоятеля позолоченную, — предложил Олег с готовностью.

Он отнял у рыцаря рог, присел возле коня на корточки и дунул в рог прямо над ухом.

Конь всхрапнул, взвился в воздух, как ужаленный сотнями змей, глаза были дикие, ошалелые, его трясло крупной дрожью.

— Доброе утро, пропойца, — сказал Олег язвительно. — У сэра рыцаря с похмелья только руки трясутся, будто кур ночью крал, а ты вон весь… Отец настоятель, мой конь в библиотеке?

Из желтого поля распростертых монахов, где только-только началось шевеление, донеслось слабое:

— Что он там читает? — удивился Олег.