Святой Грааль

Вскоре повстречали разоренную деревню, а еще дальше виднелись почерневшие развалины города, который калика называл Золочевым. Городская стена была разрушена в двух местах, высокие каменные дома чернели провалами окон, вместо крыш белели свежеотесанные балки, уже с поперечинами, похожие на обглоданные скелеты чудищ, которых Томас не забудет до смертного часа. Народ суетился, нахлестывал уцелевших лошадок, таскал кирпичи и бревна, спеша, как муравьи, сложить свою кучу заново.

— И здесь война, — сказал Олег печально. — Набеги, мятежи… Ладно, доедем до Салтова, расстанемся там.

Я сверну на северо-восток, а ты пойдешь той же дорогой, что шел на Иерусалим?

— Я не помню, — признался Томас. — Когда шли освобождать Гроб Господень, до карт ли благородным рыцарям? Расспрашивали встречных, крестьян. Те указывали в какой стороне лежит Иерусалим. Так и двигались.

— Представляю! Шли не по расчету, не за добычей, а по зову сердца. Потому столько дров наломали.

— Ну, костей. Через два дня, когда проедем через Салтов, я сверну на дорогу, что ведет через Степь. А теперь надо только по прямой.

— Сэр калика… Удивительно, но я еще не странствовал с более достойным и благородным спутником! У меня нет брата, но когда вернусь в Британию, скажу — есть!

— Спасибо, — ответил Олег с неловкостью, он понимал, чего стоит такое признание благородного рыцаря простолюдину.

 — Спасибо, сэр Томас!

Ночи стояли теплые, звездные, путешественники не разводили даже костер. Впрочем, дважды огонь раскладывали для просушки одежды; попадали под короткий злой ливень.

Когда до Салтова остался конный переход, вместе с конями заночевали в прекрасной кипарисовой роще, где посреди удивительного сада росли ухоженные яблони, груши, персиковые деревья, гранаты.

Олег указал на груду исполинских камней, объяснил, что всего десяток лет тому здесь был роскошный летний дворец знатного вельможи, при дворце — богатый фруктовый сад и цветник, здесь играли дети, слышалась музыка, песни. Но вдали от крепких городских стен и жестоких солдатских гарнизонов — легко ли выжить в кровавое время?

Томас настоял, что ночью нести стражу будет он, человек сражений и воинского долга, а сэр калика, человек приватный и служитель культа, хоть и великий герой, но принадлежит к тому уважаемому клану, о котором должно заботиться.

Потому пусть спит у костра, а он, герой штурма башни Давида, посторожит у костра, полюбуется звездами, которые здесь с кулак каждая, ведь дома на их бледном северном небе звезды не крупнее примерзших снежинок!

Олег заснул, посмеиваясь. Труднее всего удержаться от сна под утро, тогда и сменит самоотверженного рыцаря. А пока пусть насмотрится на южное небо, когда еще выберется из своей северной страны Белых Волков?..