Тайна рождения

Так что мне хорошо известен ужас безнадежности…

Прищурив черные глаза, Варвара Васильевна тихо спросила:

— Его хотели забрать у вас? Или он сам хотел от вас освободиться? И почему вы так уверены, что вернули его? Может, он все еще не с вами?

Эти ужасные слова заставляли сердце графини тоскливо сжиматься все то время, пока Варвара Крушинникова пела для гостей. Она попросила привести Сашу, и Елена Павловна не смогла ей отказать, потому что просьба прозвучала прилюдно, и, если бы графиня категорически отказалась позвать именинника, это многих привело бы в недоумение. Недовольный тем, что его оторвали от игр, Саша уселся рядом с матерью, и она прижала сына к себе. Ей показалось, что прежде, чем запеть, Крушинникова нашла мальчика глазами и чуть заметно улыбнулась ему. Впрочем, к тому моменту нервы Елены Павловны уже были напряжены до предела, так что это могло ей просто померещиться.

Когда зазвучал сильный и чистый голос, графиня посмотрела на мужа, но на лице Владимира Ивановича не отразилось никакого внутреннего волнения. Ей даже почудилось, что он слегка поморщился — граф не являлся большим поклонником оперного искусства. Он предпочитал драму.

«В нашей судьбе хватало драм, — подумала Елена Павловна. — Вернее, была только одна, но такая, что на всю жизнь хватит… Что имела в виду эта женщина, когда предположила, что Владимир все еще не со мной? Как она смеет утверждать такое?! Неужели ей известно что-то, происходящее за моей спиной? Нет! Владимир не может так поступить со мной еще раз!»

Перед ее глазами на миг возникла разоренная постель, обнаженное девичье тело, распростертое на ней, и мужское, страстно припавшее к нему… В тот миг Елену больше всего потрясла та ненасытность, с которой ее муж впивался в Варину грудь, шею, губы. Он не напился тогда сладостью этой девочки, не удовлетворил свою порочную жажду до конца…

«Я оторвала его от источника, который давал ему счастье. — Глаза защипало от непрошенных слез. — Я заменила его безумное желание постоянным чувством вины. Но взамен я подарила ему сына! Нет… Это Варя подарила ему сына, а я украла его, чтобы удержать Владимира подле себя. Но ведь он сам предложил совершить это чудовищное преступление! — попыталась оправдать она себя, но на ум уже пришло: — От безысходности… Ведь было совершенно немыслимо развестись со мной и жениться на крепостной девке. Если бы подобное допускалось, он бы так и сделал».

Почему это открылось Елене только сейчас? Просто она не задумывалась все эти годы, гнала страшные воспоминания прочь, снова и снова вычеркивала те месяцы из жизни. И потому теперь ей нечего было ответить на вопрос: «Может он все еще не с вами?».