Танцовщица в луче смерти

Если честно, я рада хотя бы тому, что мой покойный муж... не видит всего этого. И считаю, что тебя от твоего подонка освободили очень вовремя. Сколько еще он за наши деньги водил бы нас за нос. Ты представляешь, что бы он натворил, если б ему удалось уехать с Корнеевой?

– Ты умеешь все объяснить. Мне сразу легче стало. И действительно, пусть менты теперь нас защищают, правда? И суд! Все. Я пошла спать. Ты знаешь, мама, вот никого мне ни капельки не жалко.

Ночью Артем метался, пытаясь отогнать видение: маленькую танцующую девочку с разорванной бровкой. И ручищи Фролова. И лезвие ножа. И кровь на свитере Виктории. Сергей привез Артема домой и велел ложиться. Маша с Юлей повезли в больницу Викторию. Юля вернулась домой под утро. Села рядом с ним на кровати, прижалась щекой к его щеке.

– Успокойся, я тебя прошу. С ней все не так страшно. Рану обработали, сделали уколы... У палаты остался полицейский. Так положено. Маша не могла иначе. Козырева арестовали, документы на их выезд нашли... Сережа звонил, сказал, что он быстро признался. Артем, посмотри, – Юля подвинула ногой сумку. – Это деньги Виктории, там еще карточки какие-то. В общем, она просила все передать Алле, когда мы ее из больницы заберем. И сказала, где ключи от ее квартиры. Просила мать туда привезти. Пусть там живет. Я подумала, мы ведь на эти деньги и адвоката ей можем нанять, правда? В конце концов, сейчас вообще все изменилось. Эта компания... Виктория же чувствовала постоянно, что они – враги. Может, действительно Фролов убил ее сестру. Знаешь, у меня сейчас заказчица – журналистка известная. Я хочу с ней поговорить. Чтоб это дело как нужно подали и в газетах, и на телевидении. Сережа подгонит своих друзей. Я хочу, чтобы мы ее вытащили. Сердце у меня разрывается из-за ее страшной жизни, от того, что она всем рискнула, чтобы тебя спасти...

– Да. И, ты извини, но мне показалось, что она тебя любит. Мне это, конечно, больно, но я лучше всех ее понимаю. Как тебя не любить.

– Ты преувеличиваешь. Ложись спать. Это ты нас спасла. А я, как всегда, дурак дураком. Как же я тебя ждал.

Юля уже засыпала, сладко посапывая у него на плече, когда он сказал:

– Да, совсем забыл. Деньги отвезем Алле. На адвоката я найду.

...Адвокат Андрей Володин, друг Сергея, просмотрел дело в кабинете у Марии, потом долго разглядывал портрет Виктории на обложке одного журнала с интригующей надписью: «Убийца или жертва?». И сделал чисто мужской вывод:

– За право защищать такую женщину адвокат должен сам платить. Так что, Серж, с меня причитается за мой пиар. А страна омоет чистыми слезами народную мстительницу с бесстрашным и благородным сердцем. Или я плохо знаю свою страну, или я – плохой адвокат. А если серьезно, такой несчастной бабы я в жизни не встречал.