Танцовщица в луче смерти

– Макс, – спросил Артем. – Что с твоей матерью?

– А что с моей матерью? Все отлично. Ты же знаешь: с ней всегда все отлично.

Артем метался по коридору, а в кабинете Марии Осиповой шла работа. Привезли какие-то вещи из квартиры Макса, несколько раз заходил с докладом эксперт Масленников, лаборантка брала у Дайнеко отпечатки пальцев.

Артем не знал, сколько прошло часов, в висках ломило, перед глазами маячил то этот проклятый браслет, который и сейчас был на руке Максима, то седые волосы и полубезумные глаза его матери, которая всегда была позитивным и уравновешенным человеком. В коридор вышел Сергей.

– Ну, что. Твой выход, друг. Кажется, все складывается.

– Он в чем-то признался? – испуганно спросил Артем.

– Он приперт к стенке и ничего не отрицает. Есть улики.

Артем вошел, преодолевая внутреннюю дрожь, и сразу встретился с абсолютно пустым взглядом Максима Дайнеко. Это был взгляд человека, который уже просчитал все варианты, пришел к результату и поставил точку.

– Садитесь, Артем, – сурово сказала Мария. – Сейчас вам кое-что покажут, нужно собраться.

Сергей положил руку Артему на плечо и показал глазами на монитор. Медленно поплыл ряд изображений. Артем оцепенел. Худой немолодой мужчина с седыми усами что-то говорит Елизавете Антоновне, матери Макса. Она смотрит на него и улыбается. Тот же человек позирует перед камерой, сидя на диване вместе с Максимом. Он же, только моложе, стоит с мальчиком, похожим на Максима... Артем видит этого человека впервые... Он перевел взгляд на Макса, и горячая волна хлынула в мозг. Нет, не впервые. Он видит их вместе второй раз. Первый – в парке... Артем вытер пот со лба.

– Это он. Я вспомнил то, чего не хватало... Глубоко посаженные глаза, узкие, высоко поднятые плечи... – Он оглянулся и посмотрел на Макса.

– Не трудись, – произнес тот презрительно. – Я уже все рассказал. Сотрудничаю, как у этих ищеек называется. Но ты все же узнал меня, наконец, крот ты наш полуслепой, который в кои веки выбрался из норы и сразу увидел столько нового.

– Дайнеко, – ровно произнесла Маша. – Вы до сих пор вели себя культурно. Не советую распускаться, давать волю эмоциям, оскорблять нас и главного свидетеля.

– Максим, кто этот человек? – спросил Артем.

– Я расскажу тебе вкратце, – ответил за Макса Сергей. – Повторять ему все это вряд ли хочется. Это Вениамин Алексеевич Костин, близкий друг матери Дайнеко, главный врач одного частного роддома.

– Я сам ему объясню. Мне нравится, когда у Темки глаза на лбу от изумления. У меня очень хорошая мать, да? Ты, конечно, ее страшно уважал всегда, поскольку для тебя мать – это святое. Она долго искала мне подходящего отца, родила меня после сорока, но я даже не знаю, от кого, хотя брак был зарегистрирован. Муж оказался неподходящим.