Рукопись антиквара

– Не только со мной, но и ни с кем!

– Но так не получится, – мягко возразила я, – я ведь не в вакууме живу. Есть соседи, продавцы в магазинах…

– Меняй магазины!

Хорошо, что он не предложил сменить квартиру, как же тогда Берри? Хотя не так просто, наверно, найти квартиру, хозяева которой посмотрят сквозь пальцы на подозрительный паспорт.

Тут я отвлеклась от нашей беседы, потому что машина проезжала мимо дома Бобикова и остановилась на перекрестке рядом.

И что вы думаете? У подъезда стояла полицейская машина и как раз подъезжала еще одна. А еще там был какой-то обшарпанный грязно-белый фургон, и как раз вышли из подъезда два здоровенных парня с носилками, а на носилках лежал большой черный мешок, то есть в этом мешке находилось тело несчастного писателя. Да уж, теперь не напишет он роман о тамплиерах.

Следом за санитарами вышел из подъезда невысокий плотненький такой мужичок, на лбу которого крупными буквами было написано, что он из полиции, майор какой-нибудь, вряд ли капитан.

Мужичок окинул окрестности цепким внимательным взглядом, и мне показалось, что он просветил машину Октавиана, как рентгеном, я едва сдержалась, чтобы не сползти с сиденья."

"Полицейский отвернулся и подошел к группе жильцов, которые тусовались чуть в стороне. Среди них выделялась крупная тетка в красном спортивном костюме. Она размахивала руками, как мельница крыльями, и говорила что-то так быстро, что полицейский тоже замахал руками – притормозите, мол, гражданочка.

К счастью, зажегся зеленый, и мы поехали дальше.

Значит, они его уже нашли, мрачно думала я, значит, кто-то из соседей слышал шум или видел, как к Бобикову входили гости. А может, дверь была открыта?

Я-то точно ее не закрыла, когда убегала. А тот фальшивый тип, убийца несчастного Бобикова… вряд ли я сильно ему повредила. Ну, кожу на морде попортила, конечно, но глаза небось целы, на нем же очки были. Так что он спокойно умылся да и пошел себе, и небось отпечатки свои стер. А мои там остались.

А если у них в подъезде камера есть? А если кто-то в книжном магазине слышал наш разговор с Бобиковым?

Стало быть, я буду подозреваемой в убийстве. Вот только этого мне и не хватало!

– Что ты трясешься, – заговорил Октавиан, – не волнуйся так, нужно только слушаться меня и соблюдать все правила, тогда все обойдется, мне удастся тебя спасти.

– Я уж и не надеюсь, – вздохнула я, хотя мысли мои в данный момент были заняты другим.

В общем, в конце концов мы вроде как помирились, и вы не поверите, но Октавиан так и не спросил, какого черта я делала в этом районе, что я тут потеряла.

Он высадил меня в стороне от дома, так что пару кварталов я пробежала пешком.