Рыжая

Витающий в воздухе запах привел к дереву, на котором скрывалась Ира. Он мысленно похвалил ее за смекалку. Найти укрытие было лучшей мыслью, чем пробираться ночью через лес. Тот, кто плохо видит в темноте, наверняка производил бы много шума, на который немедленно сбежались бы хищники.

Вскоре он укрыл Иру в своих объятиях, чувствуя, как хрупкое тело дрожит. Джабай снова ощутил гнев. Ему невыносима была мысль, что из-за беспечности он едва не потерял свою ящереану.

Он явственно ощущал от людей угрозу, поэтому собирался расстаться с ними прямо с утра.

Можно было уйти ночью, но бродить по темноте небезопасно даже для ящеров. Ночь – время охоты многих хищников. В это время их в разы больше, чем днем.

Ощущая тревогу, он велел ящерам расположиться подальше от людей, надеясь, что таким образом удастся предупредить неожиданные ситуации.

Для надежности в эту ночь ящеры решили бодрствовать по трое. Обычно они обходились двумя ночными стражами, чтобы один следил за другим, ведь ночью всегда тянет уснуть, несмотря на царящую вокруг напряженность.

Три ящера точно не упустят ни малейшей опасности.

Джабай так думал. На деле все оказалось иначе.

Для надежности Джабай решил стать одним из охраняющих, намереваясь поспать после того, как опасность минует отряд.

Однако за несколько часов до рассвета он внезапно ощутил сонливость. Бороться с ней оказалось очень сложно, но Джабай пытался. Он много ходил, пил, ел, занимался упражнениями, надеясь, что они разгонят кровь и прогонят сон.

Два других ящера, не сдержавшись, уснули. Джабай пару раз будил их, но они спустя время снова засыпали.

В подобном не было ничего нормального, но в тот момент все мысли Джабая были направлены на борьбу со сном.

Честно говоря, сонливость была настолько мягкой (пусть и настойчивой), что он даже не заподозрил злого умысла. Да и не сталкивался он раньше ни с чем подобным.

Тем более что в лагере было все спокойно. Люди спали на другом конце поляны. Костер, в который пару часов назад подкинули дров, практически догорел.

Часовой, оставленный для охраны, тоже спал, свалившись с пенька прямо на землю недалеко от костра. Он громко храпел, отчего Джабаю хотелось подойти и толкнуть его.

Шум мог привлечь ночных хищников.

Из-за спокойствия окружающей обстановки Джабаю плохо удавалось концентрировать внимание. Ничего не происходило. Никакой опасности видно не было. Даже звери, насколько он мог слышать, обходили поляну стороной. Уже это было странным, но сознание из-за желания сна было настолько спутанным, что Джабай только радовался этому, даже не думая размышлять над причинами.

Эта умиротворенность в какой-то момент смогла полностью убаюкать его.