Трудовыебудни. В том гробу твоя зарплата

Открою секрет. Алард умеет танцевать, но не хочет. И вот сейчас мы с тобой делаем все возможное, чтобы он соизволил… да, именно соизволил, с тобой потанцевать. Так что сделай вид, что тебе просто нравится танцевать. А я сделаю вид, что мне очень и очень нравится танцевать с тобой, - прошептал Лис, - Смотри, как он смотрит на нас. И хочется, и колется, и вредность не позволяет. Когда мы закончим,  ты подойдешь к нему и протянешь руку. И выдай что-нибудь про злопамятство. Только не проси. Он терпеть не может, когда его о чем-то просят. И не нервничай.

Лис откланялся и отпустил меня на место. Но вместо этого я подошла к мужу и протянула ему руку. Он с усмешкой смотрел на меня, потом перевел взгляд на Лиса, который сделал вид, что здесь совершенно не при чем.

- Сударь, вы умеете ставить женщину в неловкое положение, - грустно произнесла я, не скрывая коварной улыбки, - Стоять с протянутой рукой – сомнительное удовольствие. Учтите, я - злопамятная.

Все! Попался, который кусался.

Абель медленно поставил на стол бокал, положил свою руку поверх моей и встал. Лис прикусил губу, чтобы не улыбнуться. Он даже отвернулся, делая вид, что изучает ночные пейзажи. Я смотрела на мужа, боясь спугнуть такое редкое счастье. Его рука легла мне на талию. Я почувствовала, как медленно таю, как мороженое. Как ванильный пломбир на солнышке. Прямо в упаковке… Я положила свою руку на плечо Абелю, чувствуя, как он наклоняется ко мне и тихо произносит:

- В первый и в последний раз…

Ну да, конечно. Метод взят на заметку. Лису огромное человеческое спасибо за руководство по эксплуатации лучшего друга.

Абель придвинул меня ближе к себе.  И…

Я танцевала много раз. Меня приглашали разные мужчины. На праздниках, на мероприятиях, в гостях. Везде, где только была музыка, были танцы. В том числе и медленные. Я танцевала нехотя, молясь, чтобы побыстрее закончилась песня и можно было снова вернуться на место. Ни любимая музыка, ни приятный кавалер, ни легкое опьянение не давали того головокружительного эффекта, как сейчас. Я ни разу не испытывала этого сладостного оцепенения и томления. Было у меня такое чувство, что я – бабочка, случайно, попавшая в паутину. А теперь меня медленно и с наслаждением в нее заворачивают после ядовитого укуса. Яд разливается по моему телу, заставляя забыть обо всем, что происходит вокруг. Мне все равно, куда я ставлю ноги, как  держу голову. Я смотрю только на него. В этот момент я понимаю, насколько я хрупкая, маленькая и как сильно меня нужно беречь и любить.

Никогда раньше у меня не было этого ощущения, когда ты с наслаждением осознаешь то, что ты - женщина. Любимая женщина. Ты – не ломовая лошадь, не Жанна Д’Арк, не  Свобода, ведущая народ на баррикады, не Родина-Мать и не Мать Тереза. Ты - хрупкая, нежная и беззащитная. Жен-щи-на.