Трудовыебудни. В том гробу твоя зарплата

Это не значит, что я не вобью кол в сердце тому, кто захочет моей или его смерти или не отвечу оскорблением на оскорбление. Это вовсе не означает, что я буду  ждать, когда меня спасут и проливать слезки в кружевной платочек. Теперь я понимаю, что даже в ту злополучную ночь, когда я убила Алонсо, меня бы спасли. Просто я спасла себя раньше. Так получилось. И в тот момент, когда отец и сын направили на меня арбалет, они не подозревали насколько это плохая примета.

А сейчас я просто плавилась, как сырок «Дружба» в микроволновке, под его взглядом и в его руках. Я смотрела на любимого, словно завороженная, словно увидела его в первый раз и снова влюбляюсь в его серые, грустные глаза. Музыка играла, но мы остановились и просто смотрели друг на друга. Если он меня сейчас не поцелует, я умру. Поцелуй меня… Я прошу тебя… Умоляю…

Его рука провела по моему лицу, а потом он склонился и поцеловал. Все-таки он умеет читать мои мысли. Я положила руки на его плечи. В комнате царила гробовая тишина. Скрипка умолкла.  Я чувствовала, как задыхаюсь, как стучит в груди мое сердце, как мне безумно хочется, чтобы все вымелись отсюда побыстрее. И скрипач, и Лис. И дверь за собой закрыли с той стороны.  Чтобы здесь не было никого. Только он и я.

Я услышала краем уха, как открылась дверь. Догадались! Слава Богу!

- Все, идем, идем… Шевели смычками… Концерт окончен - услышала я шипение Лиса, выталкивающего скрипача за дверь. Дверь за ними беззвучно закрылась.

- Ушли? – выдохнул Абель, стоя спиной к двери и почему-то пристально глядя на стол.

- Да… -  тихо подтвердила я, все еще обнимая его за шею.

Через мгновенье вся посуда слетела вниз. Тарелки, бокалы. Хрустальная ваза с мороженым. Скатерть съехала, вазон с розами  пошатнулся, но устоял.  Недолго ему стоять осталось.

- Розы… -  выдохнула я, пытаясь одной рукой нащупать вазон и удержать его.

- Молчи… - выдохнули мне в ответ и дернули мою руку обратно.

Чей-то недопитый бокал с кровью перевернулся, разлился по скатерти, следом через минуту опрокинулся вазон.  Белые розы лежали в кровавой луже, которая растекалась дальше, подбираясь к нам.

- Я хочу большего, чем любовь… - услышала я шепот.

Одной рукой я не глядя искала точку опоры и попала как раз на жесткие стебли роз, чувствуя ладонью, как колючки все глубже и глубже вонзаются в мою руку. Бокал покатился по столу, на мгновение завис над пропастью, а потом со звоном разбился. Нет, определенно фужеры – хороший подарок. Пусть дарят побольше. Такими темпами нам придется пить кровь из ладошки очень-очень скоро…

Я все еще приходила в себя, прижимаясь к мужу. Как странно это звучит. Муж. Кто бы мог  подумать, что это – мой муж.