Цена свободы

– Да все, если честно. Кирилл, который живет с покорной. Ты, такая юная и чистая, но, кажется, готовая служить ему, заботиться о нем.

Я закусила губу. Айза была на редкость проницательна.

– Мне нравилось болтать с тобой в чате, но я готовилась, что в реальности могу разочароваться, а ты пока меня лишь очаровываешь. Тебя не смущает наш визит?

– Немного. Это все, конечно, волнительно и странно для меня, но вы, в первую очередь, гости моего Мастера. Я должна принять вас с радушием и теплом. Тем более, с Артуром мы виделись, а по тебе я фанатею давно и безнадежно. Нет, Айз, я не испытываю негатива. Но, разумеется, немного волнуюсь о совместной сессии.

– Не думай об этом, – посоветовала она. – Мы сейчас просто должны узнать друг друга. И ты всегда можешь отказаться.

– Да, я знаю. А еще знаю, что Мастер не покажет мне ничего, что меня травмирует.

Айза снова улыбнулась. Немного загадочно и одновременно тепло.

– У тебя запрет произносить его имя? – поинтересовалась она.

–Нет, но… – я потрогала платиновое сердечко на ошейнике, – … оно как-то само получается. Я чувствую его постоянно. Постоянно помню…

– Здорово. А я так часто нарушала протокол, называя Артура по имени. – Айза поерзала, морщась, словно от фантомной боли. – Иногда ему приходилось наказывать меня по три раза за день.

– Ужас. – Я передернула плечами.

– Разумеется, я лишалась игр, потому что задница просто горела.

– Не верю, что ты могла ошибаться.

– Все ошибаются, Дарин. Это нормально. Жизнь нам дана именно для того, чтобы ошибаться, исправлять ошибки, становиться лучше.

Я увидела в глазах Айзы столько боли и тоски, когда она это сказала. Думаю, их история не самая простая. Собственно, как и у нас. И мне очень хотелось верить, что я тоже однажды смогу быть такой, как она. Не богатой, шикарной и самодостаточной, а просто… счастливой. Этого у Айзы было не отнять. Я поняла только сейчас, почему она так привлекательна – потому что счастлива и довольна собой, своей жизнью.

Кажется, я тоже начала чувствовать что-то без слов. Просто видела ее гармонию, равновесие и не могла не восхищаться.

– Кирилл всегда очень переживает из-за наказания, – проговорила Айза, вырывая меня из размышлений. – Ты, наверно, сама это видишь. Думаю, никто не заботится о покорной после наказания так, как Салманов.

– Мне не с кем сравнить, – проговорила я неожиданно для самой себя. – Он мой первый Мастер. И первый мужчина.

Глаза Айзы расширились. Мне до боли захотелось рассказать ей все, быть взаимно искренней, максимально откровенной.

– Мастер купил меня, Айз. Я выставила себя на аукцион. Свое тело и свою девственность. Он заплатил за меня пятьдесят миллионов.

Тишина обняла нас. Айза молча переваривала шокирующую новость, а я собиралась с духом, чтобы рассказать подробности.