Улыбка 45-го калибра

– Круглова к тому времени уже много о них знала и сразу поняла, что животные тут ни при чем. Она была импульсивной дамой и не слишком умной. Ей и в голову не могло прийти, что заниматься такими расследованиями смертельно опасно. Круглова вызвала Ореста к себе в кабинет и велела ему подать заявление об уходе. Тот, естественно, отказался. И тогда Анна Константиновна принялась пугать мужчину милицией. Сказала, что после работы пойдет на Петровку, что выведет их всех на чистую воду. Очень глупое поведение, но Анна Константиновна всю жизнь провела в одном НИИ, она плохо представляла себе, на что способны люди ради денег. Круглова, несмотря на почтенный возраст, была наивна, и эта наивность ее погубила.

Орест Львович мигом сделал вид, что испугался, и предложил:

– Хорошо, хорошо, согласен, сейчас принесу журнал, где мы все записываем, только, пожалуйста, не ходите в милицию, заявление напишу.

Круглова торжествует. Орест, не чуя под собой ног, несется к Леониду Георгиевичу. Мужики решают убить идиотку.

Совершенно случайно они выбирают тот же способ, что и Рыков: входят в кабинет к Анне Константиновне и делают ей смертельный укол. Убивать человека не так легко, как кажется на первый взгляд. Леонид Георгиевич и Орест Львович никогда не делали этого лично. Впрочем, Орест работает с эмбрионами, но их он не считает за живые существа, поэтому никаких особых эмоций не испытывает. Но случай с Кругловой – это уже уничтожение личности, женщины, которую они хорошо знали. Мужчины нервничают и начинают делать глупости.

Во-первых, втыкают иголку в правую руку Кругловой, а, во-вторых, Леониду Георгиевичу приходит в голову «гениальная» мысль: написать письмо от имени Анны Константиновны. Сказано – сделано. Мужик быстро печатает на машинке «предсмертную записку», а вместо подписи ставит факсимильную печать, которую Анна Константиновна шлепала на многочисленные документы.

Убив Круглову, парни разбегаются по кабинетам. Они знают, что сейчас по коридорам пойдет уборщица. Так и вышло, начинается крик, приезжает милиция. С удрученным видом Леонид Георгиевич рассказывает, что Круглова страшно переживала смерть брата, к которому была привязана.

– Она не смогла пережить его кончину, – чуть ли не всхлипывает Рамин.

Затем он звонит Жанне и зачитывает той письмо Кругловой. Но Леонид Георгиевич, хоть и дружил с Владимиром Сергеевичем со студенческой скамьи, не в курсе семейной тайны Кругловой. Никто, кроме Жанны, не знает правды о рождении Владимира и о том, как Анна Константиновна относится к «брату». Все в институте считают, будто у них великолепные отношения, и Рамин не исключение.

Но Жанночка-то отлично знала, как Круглова ненавидела Владимира.

– Это я ей рассказала про письмо, и что в нем было.