Усадьба ожившего мрака

Если эти четверо ворвутся, разобраться с ними без шума не получится. Кого-то одного он бы, наверное, сумел убедить в тщетности затеи. Может быть, даже двоих. Но с четырьмя сразу ему не справиться, не хватит на то его упыриных сил.

А если на одну? На одну конкретную дамочку? Она актриса, тонко чувствующая натура. Вдруг получится, и она почувствует? Конечно, глаза в глаза было бы проще, но кто мешает попробовать?

Получилось неожиданно легко. Стелла, которая уже закатила фрицам истерику, вдруг замерла, словно к чему-то прислушиваясь. К нему прислушиваясь, если уж начистоту. А офицерик уже заподозрил неладное, рука его тянулась к кобуре.

– Хорошо! – сказала Стелла. Не пойми кому сказала: себе, Григорию или фрицам. – Хорошо! Раз ваш пес почуял, пусть он и заходит! Спускайте своего зверя с цепи, господа! Надеюсь, у него чистые лапы?

Они растерялись. Солдаты вопросительно глянули на офицера, тот убрал руку от кобуры. Стелла ждала, подбоченившись. Железная женщина! Из нержавеющей стали!

– Ну? – спросила она. – Ваш песик готов к обыску?

Офицер кивнул, и солдат отпустил ошейник. Пес молча ринулся в квартиру. Стелла осталась стоять недвижимой оскорбленной статуей. На самом деле она боялась. Но Григорию было не до ее страхов, он успел перехватить пса до того, как тот бросился в гостиную. Схватил за загривок, сдавил с такой силой, что зверь не мог не то что скулить, даже дышать, притянул к себе, заглянул в глаза.

Управиться с псом оказалось до скучного легко. В примитивных песьих мозгах не было ничего сложного, ничего опасного. Григорий разжал пальцы, потрепал зверя по холке. Тот попятился, а потом потрусил обратно к входной двери.

– Убедились, господа? – спросила Стелла таким капризным голосом, что Григорий снова восхитился ее актерским талантом. – Вот она, ваша собачка! Вы все еще будете настаивать на том, что она взяла правильный след?

Стелла говорила, а сама все надвигалась и надвигалась грудью на растерявшегося офицерика.

– А теперь прошу покинуть мой дом! У меня завтра важный день, я должна выспаться!

Громко хлопнула дверь, щелкнул замок, а Стелла без сил прислонилась спиной к стене, закрыла глаза. На лбу ее выступили вены, сердце билось с такой силой, что звук этот заглушал все прочие звуки. Григорий вздохнул, облизал пересохшие губы. Это был еще не голод, но уже его предвестники. Придется что-то решать. И лучше бы пораньше, пока у него есть силы себя контролировать.

– Что это было? – спросила Стелла злым шепотом. – Что это, черт возьми, такое было?!

Нужно было спешить, опередить если не Власа, то ребят. Григорий шагнул из темноты. Он шагнул, а Стелла вдруг сжалась, сердце ее перестало биться.

– Все хорошо, Стелла Витольдовна, – сказал он ласково. – Нам очень повезло, что я умею ладить с собаками.

Она поверила.