Весь Гарднер в одном томе
Брэдбери перевел взгляд с Перри Мейсона на Маджери Клун. Какое-то время он не спускал с нее глаз. Потом, придавая словам особую весомость, произнес:
— Теперь вижу, к чему вы ведете, Мейсон! Маджери Клун пытается спасти шкуру Дорэя. Вы достаточно умны, чтобы подстроить такие доказательства, как телефонный звонок. И выглядит так, будто эта улика — наиважнейшая в вашем деле…
— Когда вы закончите свои рассуждения, — спокойно сказал Мейсон, — ответьте, пожалуйста, на вопрос: звонили вы ей или нет?
— Нет, — отрезал Брэдбери.
— Предупреждаю вас, — повторил Мейсон, — ложь усугубит ваше обвинение.
— Продолжайте в том же духе, — сказал Брэдбери, презрительно усмехнувшись, — то, что вы желаете услышать, несколько преувеличено в сравнении с тем, что скажет Маджери Клун. Используйте весь свой опыт и не дайте Маджери сказать неправду! А когда вы все выясните, дело обернется так, что я не звонил ей.
— Нет, — медленно сказал Перри Мейсон, — вы звонили. Я могу это доказать. Резонный вопрос: откуда вы узнали, что Маджери Клун можно застать по этому телефону?
Брэдбери хотел было что-то сказать, но осекся.
— Я жду ответа, — терпеливо сказал Мейсон.
— Жди и будь проклят!
Перри Мейсон повернулся к сержанту О’Мэлли.
— Он знал, что ее можно застать по такому-то телефону, — очень медленно произнес Мейсон, — потому что видел записку на столе Пэттона. Он прочел ее, когда убивал Пэттона.
Делла Стрит оторвалась от своего блокнота. Маджери Клун побледнела. О’Мэлли осторожно взглянул на Брэдбери.
Брэдбери секунд пять сидел абсолютно неподвижно. Потом покровительственно улыбнулся.
— Не забывайте, — сказал он, — прежде всего, я не знал, где нашли Фрэнка Пэттона; вы не очень-то разбрасывались передо мной информацией, Мейсон; более того, вы сами послали меня в отель за газетами.
— Вы знали, где мы нашли Пэттона, — словно не слыша его, продолжал Мейсон, — потому что прослушивали телефонный разговор.

















