Сердце дракона. Том 15

Что-то ему подсказывало, что отряд Шенси уже далеко не в первый раз посещает дом старого гнома. И что именно благодаря протекции этого старика, Абрахам безнаказанно делает то… ну, чтобы он там не делал.

— Он эден, — таким же шепотом ответил юноша. — Тот, кто учит эдинов.

— Эден и эдины… что-то такое я слышал от Алба-удуна.

— Да, — кивнул Густаф. — именно так. Эдины — это местные… ну даже не знаю. Магами их не назовешь. Учеными тоже. Скорее, они шаманы. Те, кто знают камни. Умеют найти новую рудную жилу, могут голыми руками расплавить сталь и выковать из неё волшебный артефакт. Причем — без каких-либо приспособлений. Эдины — почитаемая каста в Рубиновой Горе. Благодаря ним гномы и процветают. И эден это тот, кто обучает эдинов искусству говорить с камнями и землей. Так что старик Дабладурт один из тех, кто имеет ничуть не меньше влияния, чем вождь главенствующей партии.

Хаджар мгновенно сделал засечку в памяти — “один из тех”.

Да, он терпеть не мог интриги, но, опять же, чуйка подсказывала, что и в этот раз ему придется иметь дело с подковерной возней. Рана, оставленная отравленным кинжалом, была тому ярчайшим доказательством.

— Проходите, — Дабладурт, придерживая стальную калитку посохом, впускал гостей во двор справного, двухэтажного домика.

Дилижанс Шенси, без всякой задней мысли, оставил на дороге рядом. Хотя, чести ради — на улочке, кроме дома Эдена, больше ничего и не было.

Хаджар, замыкая шествие, пересек порог двора и…

— Пр-р-оклятье, — только и смог произнести он перед тем, как всего его тело покрыла каменная корка.

Гномы…

Глава 1319

Хаджар бывал в темницах. Причем в куда большем количестве, чем ему бы хотелось. Но так уж складывался его жизненный путь, который, порой, напоминал короткую перебежку от одной клетки к другой.

Будь та реально или метафорична.

Но еще никогда он не находился в темнице, в которой от стены до стены — только его кожа и сознание. Каменная клетка, в которую его запер Дабладурт полностью сковывала движения и даже мысли она делала вязкими, неповоротливыми, словно обволакивала их глиной.

— И как это понимать, старый друг? — спросил Шенси, слегка приобнажая саблю и кинжал.

Алба-удун, кинув быстрые взгляды на Хаджара и на Эдина, принял, пусть и с тяжелым вздохом, правильное решение. Он обнажил топоры и встал перед стариком, закрыв его от людей, которые уже прошли внутрь двора.

Хороший выбор…

В этом проклятом мире, чтобы не происходило, какой бы ни была ситуация, надо поддерживать своих. Просто потому, что они — свои.

— Проходи в дом, юный плут, — глаза старого гнома чуть сверкнули, а в квадратных зрачках зажглись искры кровавого озорства. Такие бывают у молодых парней, которые только рады смахнуться в доброй драке.