Волевой порог

Ну что же, придется снова лезть в горы, ползать по скалам. В конце концов, Платов поэтому и послал сюда с заданием именно группу Шелестова. Но вдвоем идти нельзя. По многим причинам нельзя. Во-первых, возможна встреча с немецкими диверсантами, во-вторых, для страховки нужна еще хотя бы одна связка.

— Мы сможем найти еще альпинистов для этого восхождения? — спросил Шелестов. — Кого-то, имеющего альпинистские навыки, кто сейчас находится в долине Баксана?

— Я даже не знаю, — задумалась Артемова. — Я ведь раньше здесь не жила, я тут осталась в госпитале после освобождения этого района от фашистов. Но я могу узнать.

Шелестов вернулся к себе, использовав все каналы, по которым только можно было узнать, есть ли у кого-то из местных жителей или военнослужащих альпинистский опыт. Еще не стемнело, когда в дверь постучали.

— Разрешите, товарищ подполковник?

В комнату вошел, четко вскинув руку к фуражке, немолодой сержант с повязкой «помощник коменданта». Следом за ним появился солдат в мятом обмундировании, немного смущенно одергивающий гимнастерку, пытаясь разгладить складки под ремнем. Гимнастерка была ему явно велика.

— Да, слушаю вас? — удивился Шелестов, глядя на солдата.

— Вот, приказано доставить в ваше распоряжение, товарищ подполковник. Красноармеец Рубин.

Сержант сделал шаг в сторону, и боец в большой не по росту гимнастерке отдал честь. Рубин, обрадовался Шелестов. Тот самый? Не лучший вариант, но иного выхода, кажется, нет.

— Рубин, это вы взрывали в ноябре сорок второго года скалу над перевалом Бечо вместе с лейтенантом Николаевым и Людмилой Артемовой?

— Так точно, товарищ подполковник, — бойко ответил солдат. — Я был в составе той группы.

— А что у вас за вид, товарищ боец? — осведомился Шелестов.

Он очень надеялся, что это не разгильдяйство, что причина есть, и она довольно серьезная. Идти в горы, где ежеминутно может сложиться угрожающая ситуация, где придется не просто рисковать жизнью, но и еще полностью доверять напарнику. Идти на опасное восхождение с разгильдяем не хотелось.

— Пожар в городе произошел, товарищ подполковник, — вместо Рубина ответил сержант из комендатуры. — Дом загорелся, а боец мимо шел. Вот он первым и кинулся в огонь. Спас старушку и ее пятилетнего внука. Вот гимнастерка и пострадала. А когда поступил приказ красноармейца Рубина к вам доставить, тут ему и дали что нашлось. Но малость не по размеру.

Отпустив сержанта, Шелестов велел солдату пройти и сесть к столу. Усевшись напротив, Максим некоторое время рассматривал молодого человека и вспоминал рассказ о том восхождении, которое произошло два года назад. Вот он, значит, какой, этот Рубин, спасовавший, давший слабину поначалу, а потом устыдившийся.