Выбираю тебя

Наконец все выстроились в зале. Потому что жрец намеревался еще проводить с ними «напутственную» беседу.

Что уж он говорил там каждой, Лида не слышала, ее вся эта суета касалось только постольку поскольку. Но она видела, как зарделась от удовольствия Олеся, как краснели и кивали Марина, Тамара и Нина. А вот Аня и с Наташей хмурились и поджимали губы. И о чем-то потом переговаривались между собой.

А Змей, закончив с остальными, вдруг уставился на нее и сделал движение, как будто хотел подойти. Нет, подумала Лида, вот чего точно не нужно, так это агитировать ее. Тот уже двинулся было, но как будто понял и в последний момент передумал.

Тряхнул белыми косами, оглядывая их, показал рукой на выход и произнес зычным голосом:

— Прошу. И пусть свершится выбор.

И вся процессия двинулась извилистым коридором наружу. к солнцу. Сквозь расселину яркой звездой прорывались лучи, слепили. Странное чувство вдруг охватило Лиду, как будто она должна побежать назад, вернуться…

Широкое скальное плато. В центре пусто, толпа по краям. Проводники, Авелир. У всех серьезные лица. Мрачный и злой как черт Ургенн Кар почему-то стоял сбоку и в стороне от остальных женихов. Лида еще удивилась.

Жрец вышел вперед, поднял руки. Ну вот, подумала она, сейчас начнется.

И в этот момент прямо в центре площадки стал разворачиваться портал.

Неожиданно и тревожно. Мужчины схватились за клинки, но оказалось это…

Ох… Это была отдельная тема для разговоров.

Это явился Гайдиар. Полным составом, с женой и тещей. А с ним еще малый отряд сопровождения, его близкая родня, свита. И гости.

И все это пестрой толпой вывалило на площадь.

Девушки как увидели Гайдиарову тещу, родную главбухшу Ирину Геннадьевну, тут же с криками бросились к ней:

— Ирина Геннадьевна! Ирина Геннадьевна! Марьяна!

А она умудрилась разом прижать их всех к могучей груди и проговорила, сверкнув на грозного хозяина сторожевого замка взглядом:

— Девочки мои, ну разве я могла пропустить вашу свадьбу?! Мне Гоша как сказал, так я сразу сказала: веди! Ну и… — женщина огляделась, вскинув бровь. — Они тут вас не обижают?

Такое молчание над площадкой повисло, слышно было, как муха пролетит.

Гайдиар, на которого сейчас обратились все взгляды, стоял, широко расставив ноги и расправив плечи. И невозмутимо посматривал по сторонам, всем своим видом давая понять — кто засмеется, тот покойник.

А пока вся эта немая сцена происходила, его теща, окруженная стайкой щебечущих девушек, направилась к жрецу. И дальше пошли разборки.

Кто это двоих сразу захотел? Ах вот этот?!

Самым неприятным для Ургенна было даже не то, что его выставили на посмешище, это медведь мог бы пережить.