Запасной инстинкт

Из вышеизложенного Троепольский должен был сделать вывод, что необходимо быть терпеливым, чтобы не погореть.

Он старался изо всех сил, но ему нужно было точно знать – кто. По ночам ему теперь снились кошмары, и, проснувшись в три часа ночи, он даже не пытался засыпать, знал, что все равно ничего не выйдет. Утром на четвертый день, когда он был в кабинете Сизова и обсуждал с ним новый проект – обсуждали достаточно мирно, заорали только пару раз и матерились по очереди, а не хором, – из селектора заструился волшебный голос Шарон Самойленко, доложивший, что Белошеев ждет.

– Кого – нас? – переспросил Сизов, а Троепольский в нетерпении задвигал мышью по монитору.

– Так вас же. Или Арсения Михайловича.

– Где он ждет? – не отрываясь от монитора, спросил Троепольский.

– Так в вашем кабинете!

– Так почему он в моем кабинете, когда я в кабинете у Сизова?!

– Скажу, – подумав, заявила Шарон, и оба начальника переглянулись.

Саша Белошеев возник на пороге через секунду, наверное, и сам догадался, куда ему идти, без Шарон.

– Привет, Саш, – ответил Сизов, а Троепольский промолчал, глядя в монитор, и Саша вдруг встревожился.

Троепольский мог орать, как ненормальный, материться, ругаться, но он никогда не забывал здороваться и говорить “спасибо”.

– Арсений, мне нужно с тобой поговорить.

– Давай, – разрешил Троепольский после секундной паузы, мельком взглянул на него и опять уставился в монитор.

– Ну, пока я здесь, значит, здесь. Или ты хочешь пригласить меня в ресторан?

Упоминание о ресторане тоже был странным, но отступать Саше Белошееву было все равно некуда.

– Я от вас ухожу, – бухнул он. – Мне предложили… другую работу.

Троепольский бросил мышь, так что она уехала по столешнице довольно далеко, откинулся в кресле, а Сизов присел на край стола и выпрямил спину.

Все в конторе знали – когда Сизов так выпрямляет спину, жди беды.

“Они не могли ничего пронюхать, – пронеслось в голове у Саши. – Если только сука Светлова не стукнула. Но она не должна стукнуть, он сильно напугал ее, он знал это точно”.

Начальники переглянулись.

– Что за работа? – весело спросил Троепольский. – В райских чертогах? Или в адском пламени?

– Почему… в чертогах? Или в пламени? – опешил Саша.

– Да потому что в этом мире ты работы себе больше не найдешь, родной, – так же весело ответил Троепольский. – Кончилась твоя работа. Станция Березай, хошь не хошь, вылезай.

Сизов слез со стола, обогнул Белошеева и стал у двери.

Это означало – дела плохи. Совсем. Саша был не дурак и моментально это понял.

Значит, сука все-таки стукнула. Значит, проболталась. Напрасно он не убил ее в туалете!

– Вы о чем, ребята? – спросил он и улыбнулся светлой улыбкой.