Зацепить 13-го

Джонни выгнул бровь:

— Ты правда пытаешься мне внушить, что сама себе поставила синяк?

— И такое бывает, — ответила я, невозмутимо пожимая плечами.

— Обычно нет, — тут же возразил он. — Для такого синяка ты должна на полной скорости врезаться в препятствие, — добавил он, недоверчиво глядя на меня. — Ты убегала? — спросил он. — От чего? Или от кого? — допытывался он, подойдя ближе.

Во мне проснулся инстинкт самосохранения, лица трех младших братьев стояли за моими следующими словами.

— Что ты пытаешься этим сказать?

— Шаннон, я ничего не пытаюсь сказать, — запальчиво возразил он.

— А я и отвечаю честно, — срывающимся голосом огрызнулась я. — Нечего на меня давить! — На глаза навернулись слезы, которые я быстро смахнула. — Боже!

Я чувствовала себя паршиво оттого, что соврала, и особенно оттого, что соврала Джонни. Но не могла же я переобуться на ходу и сказать: «А знаешь, когда мой папочка напивается, он любит избивать меня и швырять из стороны в сторону, как тряпичную куклу».

И в этот момент небеса разверзлись над нами проливным мартовским дождем, и за считаные секунды мы промокли.

Благодарная спасительному дождю, я повернулась и поспешила к машине.

— Не надо, — крикнул мне Джонни. — Не лезь в эту чертову машину.

Я замотала головой и рванула дверцу.

— Извини меня. Хорошо? — Джонни захлопнул дверцу. — Я больше не стану на тебя давить. — Он развернул меня лицом к себе. — Больше не скажу об этом ни слова.

Он протянул руку к моему лицу, но спохватился и вместо этого обхватил свой затылок.

— Ладно, — судорожно выдохнув, ответила я.

Джонни обрадовался и облегченно выдохнул.

— А теперь давай пойдем в дом?

— Кажется, мне лучше подождать в машине, — промямлила я, едва решаясь поднять на него глаза. — Я не хочу вторгаться в чужой дом, это только мой придурочный брат может без смущения заявляться в чужие дома и требовать еды.

— Ты уверен? — хрипло спросила я.

— Абсолютно, — ответил он, сопровождая ответ кивком.

— Тогда ладно, — прошептала я, все еще сомневаясь. — Но ты уверен, что уверен?

— Да, я уверен, что уверен, — саркастически сказал Джонни. — Идем.

Он развернулся и поспешил к двери, но на полпути обернулся и устремился обратно: я приросла к земле.

Джонни положил руки мне на плечи и ввел в дом.

— Видишь? — спросил он, когда тяжелая входная дверь закрылась и мы оказались в передней его дома. — Ничего страшного, да?

Джонни отряхнулся по-собачьи, забрызгав пол дождевыми каплями.

— Ты смеешься надо мной, Шаннон «как река»? — спросил он, заметив мою улыбку.

Я опять покачала головой.

Он улыбнулся. На щеках опять появились ямочки, от которых мое сердце было готово выпрыгнуть из груди.