Зацепить 13-го

Внутри квадратика «нет» — грустный.

В нижней части страницы были слова «Подписи сторон». Справа шла не совсем прямая линия, над которой Джонни поставил свою подпись. Ниже он провел еще одну, для моей, и добавил дату: «10 января 2005 года» — мой первый день в Томмене.

За датой следовал постскриптум:

Это было мило, забавно, и я не смогла сдержать улыбку.

— По правде, я думаю, мы с тобой уже друзья, — сказал Джонни, улыбаясь, как мальчишка. — Я просто зафиксировал это на бумаге, чтобы ты больше не пряталась и не избегала меня в школе.

— Я не избегала тебя в школе, — торопливо возразила я.

Даже слишком торопливо.

Джонни выгнул бровь и посмотрел на меня с выражением «вранье».

— Ладно. Признаю. Я избегала тебя в школе, — смущенно призналась я.

— Люблю честность, — пояснил он, и в голосе опять появились дразнящие нотки. — Это основание для прочной дружбы.

Я засмеялась и посмотрела на «договор».

— Ты всерьез хочешь, чтобы я это подписала?

— Я вложил сюда изрядную долю воображения, — ответил Джонни. — Если не подпишешь, я обижусь.

Я покачала головой, сдерживая улыбку.

— Еще одно предостережение, — усмехнулся он. — Сестер у меня нет, и с девчонками я еще не дружил, поэтому, если я облажаюсь или ляпну что-то не то, имей терпение.

— Ну, зато у меня полно братьев, я привыкла, что они все время ляпают что-то не то, — ответила я.

Я поставила галочку в квадратике «да», подписала, затем вырвала листок из блокнота и протянула Джонни.

Джонни наградил меня широчайшей улыбкой, искренней и сногсшибательно прекрасной.

Стоило ему улыбнуться, и он становился другим человеком.

На щеках появлялись ямочки.

Он был просто красавцем, и я почти сказала ему об этом.

К счастью, я вовремя спохватилась и вместо этого пробормотала:

— Блестяще выглядишь.

Джонни озадаченно нахмурился, а я глубже вдавилась в сиденье.

— Я выгляжу блестяще? — спросил он, глядя на меня с интересом, чуть изгибая губы в улыбке.

— Я хотела сказать, ты в блестящей форме, — торопливо уточнила я и покашляла, выигрывая время и цепляясь за ложь, а потом добавила: — Учитывая твою травму и ее последствия.

В его глазах мелькнула паника, и шторы тут же плотно закрылись.

В один миг игривый, нежный Джонни исчез.

— Не трогай эту тему, Шаннон, — предупредил он. Губы, которые еще недавно улыбались, сжались в тонкую линию, все тело заметно напряглось. Он глянул по сторонам, увидел, что люди начали возвращаться в автобус, повернулся ко мне и добавил: — Особенно здесь.

Его реакция была как пощечина.

— Все хорошо? — спросила я, ненавидя свой неуверенный тон. — Ты же знаешь, я не имела в виду…

— Я в лучшем виде, — прервал он меня. — И я в курсе. Все в порядке. Я просто… я не могу… Пожалуйста, забудь об этом.