Живые и взрослые

Павел Васильевич единственный из учителей не зовет Марину «Петрова» — как-то раз она сказала ему, что не любит свою фамилию, мол, слишком обычная. Вот он и запомнил.

— Нет, Павел Васильевич, — говорит Марина, — у меня, скорее, сообщение. Можно я выйду к доске?

Ника смотрит на Марину. Несмотря на вчерашнее предательство, Марина ей все-таки нравится. Наверное, Ника хочет быть на нее похожей. Сразу видно: Марина не из тех, кто не поспевает за собственной жизнью.

— Ребята, — начинает Марина, и Ника слышит, как тихонько хихикнула Оля. Марина тоже слышит и повторяет еще раз с нажимом: — Ребята, мне кажется, последнее время у нас в классе происходит что-то нехорошее.

Класс шумит. Даже те, кто до этого играли в «морской бой», отложив ручки, смотрят на Марину.

— Я не буду говорить о других, — продолжает она, — я скажу о себе. Вчера я совершила поступок, за который мне стыдно. Я хотела наказать подлость — и мне это удалось, — но при этом я сама совершила подлость. Да, я предала человека, который мне доверился. Многие из вас знают, что я имею в виду. Некоторые присутствовали при этом, другим, наверное, уже рассказали. Я завела нашу одноклассницу в неприятное, опасное место — и бросила там одну. Да, бросила ненадолго. Да, рядом были друзья. Но я даже не предупредила ее. Неважно, почему я поступила именно так, — я не хочу оправдываться. Сейчас, стоя перед всеми, кто знает об этой истории, стоя перед всем нашим классом, я хочу извиниться. Я хочу извиниться перед Вероникой Логиновой за то, что случилось вчера. Прости меня, пожалуйста, Вероника.

Ника замирает. Ей кажется — у нее никто и никогда не просил прощения. Она просила — у мамы, у папы, у тети Светы, у учителей, даже у одноклассников, которые смеялись и издевались над ней, да, она просила прощения, а у нее — никогда. Это так же невероятно, как если бы Аннабель из ее старой школы сама заговорила с ней.

Ника в недоумении: она не знает, что она должна делать.

Весь класс смотрит на нее.

Она поднимается и начинает, сама не зная, что собирается сказать:

— Я… я очень удивлена сегодня. Я привыкла к предательству. Даже в этом классе есть люди, которые успели обмануть меня — я не Марину имею в виду. Меня часто предавали, меня не первый раз завели в опасное место и оставили одну. Мне кажется, я уже смирилась с этим. Марина, я не держу на тебя зла: ведь в конце концов все обошлось. И раз уж мы говорим обо всем вслух, то я хочу сказать спасибо человеку, который вчера спас меня.

Ника садится. С соседнего ряда доносится: «Чего случилось-то?» Павел Васильевич смотрит на класс — молча и очень внимательно. Марина по-прежнему стоит у доски.

— Спасибо, Ника, — говорит она, — и вот еще одно. Я сказала вначале «ребята», и кое-кто рассмеялся. Я не знаю, как мне следует обращаться к вам всем.