Живые

И зачем андроиды выключают тут свет? Тут же нет людей! Бестолково выполняют программы? Вот идиоты…

После – через мусорку, и Егор удивленно озирался и восторгался слаженными механизмами, ловко отсортировывающими мусор. Таис лишь покосилась на мальчишку и еле сдержала желание рассказать, что совсем недавно по этому конвейеру проехал мешок с останками Кренделя. Кренделя, превратившегося во фрика.

Дети Второго уровня еще не до конца осознали свое положение. Еще не поняли, что фрики на Оранжевой магистрали – не самая страшная угроза. Самая страшная беда сидит в них самих.

– Если встретим двоих диких, прыгающих на четвереньках и рычащих, их тоже убиваем? – лениво уточнила Таис, когда миновали вонючие коридоры, примыкающие к мусорке.

– Только если они нападут на нас, – пояснил Федор, – а вообще надо бы их пощадить. Вдруг Гильдия уже разработала лекарство от вируса? Тогда их можно вылечить. – Он говорил тихо и шел впереди, осторожно заглядывая во все повороты.

– Ну, тогда надо было щадить и тех, которые наверху, – едко заметила Таис, – их же тоже можно вылечить.

– Не бухти, – миролюбиво ответил Федор, – надо было оставаться в каюте и лопать шоколад. Если пошла с нами, тогда не ехидничай.

– Да я только начала. Погоди, сейчас огребем от Валька. Скажет, что мы опять всех подводим, где-то шляемся и никого не предупреждаем. Делаем, что хотим, и ему, Вальку, ничего не доложили.

– Ага, можем огрести, – согласился Федор, – только они все, наверное, наложили в штаны после того, как появились фрики. Вдруг стая караулит и их под дверями?

– Тогда бы мы услышали вой. А тут все тихо, спокойно.

– Логично, – снова согласился Федор.

Егор молчал. Шагал следом и оглядывался. Вертел башкой так, словно она была у него на шарнирах. Совсем еще ребенок, а вот поди же, пришлось взять лазерный меч и убивать тех, кто был когда-то его родичем. Как все странно и чудовищно… И бессмысленно…

Без приключений добрались до дверей базы. Открыли с помощью флешки. Поднялись по знакомым лесенкам. Как давно Таис не была тут? Больше суток?

Все родное и знакомое. Простое, без изысков.

– Что это за знак? – задал один-единственный вопрос Егор, увидев два треугольника на двери.

– Знак корабля. Раньше станция называлась «Млечный Путь». До заражения, еще тогда, когда на ней жили взрослые.

Заскрипела, открываясь, дверь базы. И Таис увидела удивленные глаза Маши, похудевшее и потемневшее лицо Кати. Странная тишина царила здесь. Такая странная, что Таис нарочито громко прошла к столу и сказала:

– Привет. Небось не ждали, что мы живы и здоровы?

Маша молча подошла и вдруг обняла Таис. Прижала к себе крепко, сказала дрогнувшим голосом:

– Мы думали, вы все мертвы.