Золотой воин

– А кто же нанес ему эту рану? – поинтересовался фон Крисп.

– Манукары? Ты имеешь в виду императорскую гвардейскую кавалерию? Манукарами их называют тураны.

– Да, я ведь жил у молоканов.

– Почему же этот хороший человек воевал против императорских войск?

– Мы все воевали против них, потому что жили в городе молоканов, а они этот город захватывали.

– Но какой смысл воевать за хозяев, Питер? – удивился Крафт.

– Захватчики не щадят никого, для них не имеет значения, кто перед ними – молоканы или их рабы, убивают всех. К тому же Корнелий, мой наставник, не был рабом.

– Кем же мог быть человек среди молоканов, если не рабом?

– Защитник?! – воскликнул фон Крисп. – Я слышал о защитниках, но я думал, это легенды! Они что, действительно охраняют поселения орков?

– Да, но защитниками могут быть и орки, и люди, и даже горные карлики. Корнелий рассказывал мне, а он повидал много.

– И ты видел, как он дрался с гвардейцами? – не унимался капитан.

– И что, у него получалось?

– Их тела устилали его путь, они знали, что он очень опасен, но все равно преследовали его.

Они помолчали. От неожиданно поднятой темы у фон Криспа улетучился весь хмель.

– Там, у источника, Морелис рассказал нам, как ты их в Малбурге вчера отделал, – сказал Крафт, задумчиво покусывая сорванный лист. – А когда рассказывал, как ты убил туранов, его благородие от смеха даже в грязь упал.

– И катался там, и хохотал, – улыбнулся фон Крисп и вздохнул: – Подумать только, а ведь речь шла об убийствах.

– Они напали на меня, – пояснил Питер.

– Да я не об этом. Я о собственной реакции. Мне смешно то, что для других ужасно, и это омерзительно. Пора уезжать, господа. Пора.

Фон Крисп поднялся из-за стола, прошелся до выхода, вернулся и снова сел.

– Эй, Морелис, что там с чаем?

– Уже несу! – отозвался тот.

– Я разрешаю им ходить в Малбург, чтобы они тратили жалованье, которое я им выплачиваю. Какой смысл в деньгах, если их невозможно потратить? Но они и там ищут способа подзаработать, вот и тебя пытались ограбить. Буду уезжать, раздам им тысячу рилли на всех, пусть гуляют сколько хотят.

– Лотар все прожрет, – усмехнулся Крафт, который уже знал, что рослый разбойник отличался неуемным аппетитом.

– Скорее всего. А Морелис все изведет на баб.

Появился Морелис с парящими глиняными кружками.

– А у меня еще конфеты остались, – сказал Питер.

– А вот это кстати, я ведь в детстве сладкоежкой был, – сообщил фон Крисп. – Послушай, Морелис, скажи нашим, что я скоро уезжаю. Раздам хорошее жалованье, и только меня и видели.

– Бросаете нас, ваше благородие?

Пораженный известием, Морелис замер с кружками в руках.

– Отбываю на север, но если кто-то захочет составить мне компанию – милости просим. Ты ведь не против, Питер?

– Не против.