28 сантиметров счастья

Пятнадцать или двадцать восемь?

— Я маленький буду, — произносит Дима, и я киваю.

Самое оно, чтобы набить желудок и немного уменьшить действие алкоголя. Надеюсь, меня не вытошнит.

Когда нам приносят еду в упаковке, Дима хмыкает. Точнее, слышится это как хрюк.

— А рот не треснет? — интересуется он, когда я начинаю распаковывать свой сэндвич.

— Нет, — произношу я, когда до меня доносится запах мяса и зелени. Пахнет очень вкусно, — нормально. В самый раз.

И снова этот дурацкий смешок.

— Ну это круто, когда у девушки большой рот. У меня меньше двадцати восьми.

Если что.

— Чего? — удивленно переспрашиваю я. Где-то в душе скребется предчувствие, что говорит он не о сэндвичах. Но я должна переспросить на всякий случай. Вдруг это я испорченная, — ну да, у тебя маленький. Ну, сэндвич.

— Не такой уж маленький, — ехидная улыбка прорезает лицо парня Глаза у него блестят очень неприятно. Бешено. Словно он под кайфом. Я напрягаюсь, предчувствуя что-то нехорошее. Это непохоже на нормальное поведение парня. Он издает короткий хохоток, — сэндвич, ага. Другой сэндвич, если ты понимаешь, о чем я. Чуть больше пятнадцати.

Но никто не жаловался.

Дьявол, он говорит не о еде и меня буквально начинает тошнить, стоит только представить. Это не я испорченная. Я издаю громкое «пфф» и бормочу:

— Давай без таких разговоров.

— Да ладно, ты чего такая печальная? А ты какие размерчики любишь? Признавайся. Давай болтать конкретно по душам. Люблю раскованных девчонок.

Я отворачиваюсь от барной стойки. Разворачиваюсь на стуле, бросая взгляд в толпу. Ищу, где бы мне скрыться или найти спасение — может, тут встретится случайно Эля или Оксана.

Они меня вытащат из рук извращенца, пошутят над его пятнадцатью сантиметрами, и раскрасят вечер в яркие и веселые цвета. Без всей этой пошлятины.

Пока я думаю, сэндвич начинает подтекать. На кисть капает соус, и я задумчиво слизываю его. И тут же меня словно окатывает обжигающей и душной волной, когда я пересекаюсь взглядом с одним из мужчин. Словно в грудь что-то тупое загнали. Или это так сильно ударило мое сердце?‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Как в плохом кино. Взгляд у него темный и жесткий.

Ничего хорошего он не сулит. И сам мужчина далеко не в моем вкусе — слишком уж грубый, слишком здоровый. Гора чертового тестостерона. А повелся, как мальчишка, на мой жест.

Я криво улыбаюсь ему, посылая мысль «да-да, я знаю, о чем ты думаешь». Он даже не отвечает. Только ленивым взглядом облизывает мою фигуру с головы до ног, оценивая. Как товар. Очень опасно привлекать его внимание — такой сможет просто ткнуть пальцем и приказать меня привести. А дальше черт знает, что будет.