Альянс Нерушимый

Ну натуральная же магия: человек появляется ниоткуда! Если все остальное еще можно объяснить наукой, то уж это явление — настоящая чертовщина! Словом, стояли граждане артисты с отвисшей челюстью, и лишь изумленно моргали, глазея на нашу мелкую божественность.

А дальше было еще интереснее… Девочка вдруг крутанулась на месте — и тут же древнегреческий хитончик превратился в докторский прикид. Затем она надвинула на правый глаз зеркало отоларинголога и повелительно произнесла: «Замерли все!».

Они и замерли, как кролики перед удавом, не в силах ни бежать, ни даже пошевелиться.

— Все, отмерли, — сказала Лилия через некоторое время, и добавила уже для меня: — Все хорошо, папочка. То есть ничего непоправимого или смертельного я у них не нашла. А в остальном ужас-ужас… — Она прижала ладони к вискам и покачала головой. — Присоски надо обрывать, привороты отворачивать, а психосоматику лечить. В таком виде, как сейчас, к употреблению в качестве певцов-сказителей они негодны категорически. Это я тебе говорю как специалист.

Этот обмен мнениями велся вслух на чистейшем русском языке, без всякого понижения голоса, хотя и без крика, так что наши не совсем добровольные гости все прекрасно понимали. И после слов Лилии про присоски, привороты и психосоматику Виктор Цой наконец вышел из ступора, вызванного фантасмагоричностью ситуации. Он провел рукой по волосам, встряхнул головой и, моргнув пару раз, спросил:

— Э-э-э, а что все это значит? Нам сказали, что мы едем на гастроли, а тут вдруг такая встреча…

— Вас и в самом деле пригласили на гастроли, потому что об этом попросили Верные нашего Серегина, происходящие из восемьдесят девятого года, — мягко сказала Птица, — в то время вы были очень популярны, примерно как Высоцкий.

Было заметно, что сравнение с Высоцким Цою польстило, в его узких глазах даже блеск какой-то промелькнул. Затем он прищурился и внутренне ощетинился. Нижняя челюсть выдвинулась вперед, брови опустились к переносице.

— И зачем тогда… было все это? — спросил он, мотнув головой.

— А затем, что я никогда и никого не подпущу к своим людям, если не буду уверен, что это совершенно безопасно и для вас, и для них, — ответил я, осаживая нахала. — Там, в моем родном будущем, память о тебе осталась самая противоречивая, а потому, прежде чем принять окончательное решение, я должен был посмотреть на тебя и твоих людей собственными глазами. Все остальное про себя ты слышал сам: результат вполне положительный, но требуются профилактические корректировки, а после них магическая инициация, чтобы ты мог использовать свой талант полностью, а не частично. Но это уже отдельная история.

И тут Цой неожиданно улыбнулся, и улыбка мгновенно преобразила его. Он весь будто бы потеплел, залучился.