Альянс Нерушимый

После того, как с моей легкой руки Николай Оттович фон Эссен сделался командиром действующего отряда и контр-адмиралом, ситуация в Артуре застыла в состоянии некой неопределенности, в первую очередь, потому, что эскадра адмирала Рожественского, всей своей грозной мощью… повернула обратно на Балтику. Теперь, когда Японская империя признала поражение и вышла из альянса с Великобританией, для столь мощной военно-морской силы на Тихоокеанском театре военных действий просто не осталось работы. Конечно, если по уму, усиливать теперь требуется Черноморский флот, но, к великому сожалению императора Михаила, сделать это возможно только через войну с полудохлой Османской империей, что пока явно преждевременно: Россия еще не отошла от войны с узкоглазыми макаками, перестраивается в новый порядок и сосредотачивается, и ей сейчас совсем не до новых конфликтов.

Прежде чем на одном из стратегических направлений снова загремят пушки, новому императору очень многое нужно сделать по части улучшения социально-экономической ситуации внутри страны и повышения боеготовности армии и флота. И время на это у него есть. В Европе и за ее пределами каждая собака уже знает, какой страшный союзник имеется у него за пределами этого мира, а потому все стали милыми и ласковыми буквально до приторности. Местный кайзер Вильгельм, хоть я не тронул его и пальцем, сразу поделался абсолютным паинькой. Теперь его люди в Петербурге плетут кружева интриг, зондируя почву по поводу ништяков, которые Германская империя получит, если разорвет союз с Австро-Венгрией и вступит в комплот с Россией. Об этом мне, посмеиваясь, рассказал сам Михаил, когда я вчерашнего дня заявился к нему в Зимний дворец с визитом.

На это я ответил, что сугубо отрицательной силой в европейской политике является только республиканская Франция, жаждущая всеобщей войны за отвоевание у Германии Эльзаса и Лотарингии. Все остальные вопросы следует урегулировать в рабочем порядке, тем более что ни старина Берти, ни последний приличный британский премьер Кемпбелл-Баннерман в ближайшее время не помрут, потому что я об этом уже позаботился. Без смены караула в Британской империи никакой общеевропейской войны у французских политиканов не получится, даже без учета возможности моего вмешательства в конфликт. На идею объединенной Европы, в общем порыве прущей в поход на восток, я отреагирую с предельной свирепостью, так что будет потом всем причастным на орехи. И хорошо, что никто в этом мире пока не ведает о моей нынешней мощи, а не то многогрешные политиканы принялись бы сигать из окон, вешаться и в товарных количествах потреблять цианистый калий.