Спаси нас

Когда я обычно виделась с Рэном, то разглядывала его с головы до ног, пытаясь запомнить каждую деталь – например, легкий излом на левом ухе, дырочку, прожженную на его кожаной куртке, или морщинки в уголках рта, когда он по-особенному улыбается.

Но сейчас, спускаясь по лестнице, я на него не смотрю. Я молча прохожу мимо.

– Постой! – окликнул он и побежал за мной.

Я игнорирую его.

– Конечно, мы друзья, Эмбер, – крикнул он у меня за спиной.

Я остановилась и сжала губы.

Рэн обошел меня и встал передо мной. Смотреть на него было больно, поэтому я опустила взгляд на пожелтевшие мыски его кед.

Не намного лучше.

Как вышло, что я так много вложила в эту дружбу?

Как вышло, что я так сильно привязана к этому парню?

– Знаю, я опоздал с ответом, но… мы друзья, – повторил Рэн, на этот раз бодрее.

Мне ничего не оставалось – я посмотрела ему в глаза.

– На этой неделе мне так не показалось, – ответила я. – Как я поняла, мы хотели рассказать о нашей дружбе Руби и другим. А потом я узнаю от сестры, что ты устраиваешь вечеринку, на которой мое присутствие явно нежелательно.

– Прости, – сказал он и провел рукой по волосам, и только в этот момент я заметила, как сильно он выделяется здесь в форме Макстон-холла.

Несколько учеников, проходя мимо, оглядели нас с головы до ног, однако мне было не до того.

Я отрицательно помотала головой:

– Ты всю неделю не отвечал. Вообще не подавал никаких признаков жизни. Друзья так не поступают."

"– Я знаю, и мне правда очень жаль. – Он искал подходящие слова. – Но эта вечеринка… пришли все мои друзья. Я просто не мог тебя пригласить, Эмбер.

Этими словами он словно толкнул меня в грудь, и я сделала шаг назад.

Я помогала Рэну делать ремонт в его комнате и ночами напролет искала в Интернете информацию о стипендиях.

Именно я помогла ему справиться со сложившейся ситуацией, и я была рядом, когда ему требовалось с кем-то поговорить. Мы часами болтали и переписывались. Я думала, мы хорошие друзья.

Видимо, я ошибалась.

Было больно всю неделю не получать от него вестей, но это не сравнится с той болью, какую мне только что причинили его слова. В то же время я кое-что осознала.

– Не для того я годами училась любить себя, чтобы позволить кому-либо так меня унизить.

Рэн отрицательно помотал головой и шагнул ближе.

– Я не это имел в виду. Я просто не хотел, чтобы у тебя сложилось неправильное впечатление обо мне или моих друзьях. А после твоей эсэмэски… Я не знал, что мне ответить. И хочешь ли ты вообще теперь меня слушать. Я не подумал о том, как это будет выглядеть в твоих глазах.

– Для меня все выглядит так, будто ты готов встречаться со мной только тайно, – без выражения сказала я.

Я рассчитывала, что он начнет это отрицать и уверять, насколько я ему важна. Я ждала ответа. Прошло десять секунд. Двадцать.