Спаси нас

 – Это очень красиво.

Я уставилась на рисунок, избегая взгляда Офелии.

С тех пор, как я здесь, она не вынуждала меня открыться ей. Она не спрашивала об отце и о моей беременности, и если, с одной стороны, я была рада, что мне не приходилось говорить об этом, с другой стороны, меня сбивало с толку ее поведение. Она вела себя так, будто ничего не произошло и абсолютно нормально то, что в восемнадцать лет я жду двойню и живу у нее.

Возможно, это ее способ справляться с трудностями. Или она хочет дать мне время подготовиться к разговору.

– Я пока еще не определилась с цветами, – наконец сказала я.

 – Как-то ничего не подходит."

"Офелия какое-то время молчала и наконец нежно погладила меня по плечу:

– Твоя мама в таких случаях всегда советовала мне слушать свою интуицию.

Я посмотрела на цветные карандаши, лежащие передо мной на столе, и взяла светло-серый. Нерешительно повертела карандаш в руках, думая о маме и о том, как бы она поступила в моей ситуации.

– Я и не знала, что вы вместе рисовали.

– Постоянно, – сказала она и опустилась на рядом стоящее кресло.

– А что, например? Только одежду или что-то еще?

Офелия тихо засмеялась:

– В основном одежду.

Но твоя мама раньше рисовала и комиксы. Местами смешные до слез.

– Правда? – Такого о маме я и представить не могла. Она всегда выглядела такой серьезной и сосредоточенной на важных вещах.

– Прежде чем пойти по стопам нашего отца, Корделия была беззаботнее и временами позволяла себе радоваться жизни. А то и чаще.

Я попыталась представить, как мама тогда выглядела: в спортивной одежде и с растрепанными рыжими волосами, альбом для зарисовок на коленях.

Это далось на удивление легко. Внутри растеклось тепло, и мне пришлось откашляться, чтобы избавиться от комка, подступившего к горлу.

– Хотела бы я ее такой увидеть.

Теперь громкая музыка из колонок, которая звучала до сих пор, казалась мне фальшивой. Она не подходила к этому разговору.

– Есть фотографии того времени – как ее, так и комиксов. Твоя мама оставила здесь все фотоальбомы. Если хочешь, могу их найти.

– С удовольствием бы посмотрела. Спасибо, – тихо поблагодарила я.

Офелия туда-сюда двигала по столу мой блокнот для зарисовок.

– Раньше мы постоянно мечтали, какой бы хотели видеть компанию «Бофорт», – немного погодя продолжила она. – Те эскизы, которые ты рисовала еще девочкой… – На ее губах заиграла осторожная улыбка. Она мельком взглянула на меня: – Мы с твоей мамой хотели того же самого. Коллекцию женской одежды. Привести компанию к новому направлению.

– И что изменилось? – спросила я.

– Она познакомилась с Мортимером. Он и наш отец уговорили ее не изменять традициям.