Человек с лицом убийцы

Но это было уже позже, когда он принес мне новую сим-карту, оформленную на свое имя. Сначала я удивлялась, почему он сразу не дал мне свой номер телефона, а просто назначал встречи или подстраивал их, словно они были случайными. Но потом, уже после того, как он… В общем, после того как он увез меня из дому, я стала кое-что понимать и многое замечать. Например, родинку на его скуле. Я потом уже вспомнила, что точно такую же родинку видела на фото у Елизара. А поначалу совсем даже не обратила на это внимания.

Антонина снова замолчала и стала смотреть на руки, нахмурив брови.

– Я так понял, что Игнат не хотел, чтобы ты знакомила его со своими родителями. Боялся, что его секрет раскроется, – подсказал Гуров следующий вопрос.

– Наверное. Скорее всего, это так. Но он иногда приходил к нам домой, когда наверняка знал, что дома никого нет, – вздохнула Тоня. – Но однажды нас с ним застукал папа Валера. Я не понимаю, как он тогда его не узнал! Они столкнулись с Ели… с Игнатом буквально нос к носу. Был жуткий скандал, и мне запретили видеться с ним.

– Но вы все равно встречались, – констатировал очевидное Гуров.

– Наверное, это тот самый скандал, о котором я вам, Лев Иванович, и рассказывала, – заметила Жанна Валентиновна. – Это ведь было незадолго до того, как… В общем, незадолго до того, как ты убежала из дому?

– Да. – Тоня шмыгнула носом и отвернулась. – Через пару дней после этой ссоры с родителями я заподозрила, что беременна, и купила в аптеке тест. Он показал положительный результат. Я испугалась и рассказала все Игнату. Он предложил мне бежать с ним. Сначала я отказывалась, предлагала ему пойти вместе со мной к родителям, рассказать им все, сказать, что мы поженимся и все такое.

Но он отговорил меня. Он умеет быть очень убедительным.

Все это Тоня проговорила быстро, почти скороговоркой, потом резко замолчала и опять заплакала. Жанна Валентиновна села с ней рядом, обняла и стала успокаивать. Минуты через три Тоня успокоилась, вытерла слезы и вернулась к своему рассказу:

– Свои вещи я выносила из комнаты постепенно. Родители и Жанна в мою комнату никогда не заходили, и мне было легко сделать это незаметно. Я просто складывала все в школьную сумку и делала вид, что ухожу в гимназию или в студию.

Но если бы я просто, безо всякой причины, пропускала занятия, то в школу вызвали бы родителей. Поэтому Игнат написал мне на специальном бланке справку, что якобы я заболела, и я отдала ее классной руководительнице. Только не спрашивайте меня, где он взял этот бланк. Я не знаю.

– Вы куда-то отвозили твои вещи? – заинтересовался Лев Иванович.

– Да, у Игната была съемная квартира в Ивантеевке. Туда мы все и отвозили. Туда и приехали сразу же после… после того, как уехали из этой квартиры.